Регистрация / Вход Ср, 07 декабря 2016, 21:18

Показания Курышева исказил следователь?

Депутат Законодательного Собрания Владимирской области Сергей Курышев, находящийся под судом по делу о «пьяном» ДТП со смертельным исходом, заявил, что во всех противоречиях в его показаниях на следствии и на суде виноваты следователь и бывший адвокат
24 Мая 2015, 20:57 14 8385

Фото и видео предоставлено ковровской телекомпанией «НАШ РЕГИОН 33»

Последнее судебное разбирательство по уголовному делу в отношении депутата Законодательного Собрания Владимирской области Сергея Курышева, обвиняемого в совершении в состоянии алкогольного опьянения дорожно-транспортного происшествия, в результате которого погиб человек, было посвящено выяснению причин противоречий в его показаниях на стадии следствия и в ходе судебного разбирательства.

Напомним, что в ночь с 18 на 19 мая 2014 года недалеко от посёлка Мелехово Ковровского района произошло ДТП с участием внедорожника Range Rover, принадлежащего Сергею Курышеву. Он столкнулся с малолитражкой «Ока», водитель которой, местный житель Анатолий Ермаков, скончался на месте. Лицо, управлявшее иномаркой, скрылось. Курышев заявил, что автомобиль у него угнали, и настаивал на своей невиновности. Однако Следственный Комитет установил, что за рулём был именно он, и 25 июля прошлого года депутат ЗакСобрания был взят под стражу. Суд начался в этом году. Разбирательство ведёт председатель Ковровского городского суда Антон Колосов.

На последнем заседании, которое состоялось 19 мая, государственный обвинитель Сергей Кальков попросил суд огласить протоколы допросов Сергея Курышева на этапе следствия, так как в них слишком много противоречий с тем, что он говорил на суде. Защита выступила против, но судья отклонил протест, и протоколы были оглашены. Свои показания суду Курышев дал накануне.

Здесь необходимо напомнить, что в этой очень запутанной истории фигурирует несколько лиц, а именно: уже бывший глава Ковровского района Александр Клюшенков; его сын, также уже бывший директор мелеховского Ледового дворца Александр Клюшенков-младший; предприниматель Чингиз Гюльмамедов и на тот момент старший помощник прокурора города Владимира Александр Скорлупин. Они все в ту злополучную ночь находились в Мелехово и все уже были допрошены в качестве свидетелей.

Курышев на суде заявлял, что он оказался в Мелехово для того, чтобы дать взятку главе Ковровского района Клюшенкову, а его Range Rover в момент ДТП вообще управлял Александр Клюшенков-младший.

В данной истории столько деталей, что суду предстоит нелёгкая задача, чтобы ней разобраться, так как подсудимый следствию говорил одно, а суду - другое. В частности, у Курышева просили пояснений по следующим вопросам:

Так всё-таки, на момент их встречи в Мелехово Александр Скорлупин был трезвый или пьяный?

Где же Сергей Курышев всё-таки планировал провести ночь с 18 на 19 мая - в Коврове или во Владимире?

Как Курышев, будучи, с его слов, трезвым, мог в Коврове перепутать клуб «Арсенал» с гостиницей «Атриум»?

Выходил он из ДК посёлка Мелехово или не выходил?

Почему на следствии Курышев не заявлял, что Скорлупину стало плохо?

Сильно у Курышева кровоточили раны на левой руке, или не сильно?

Был ли глава Ковровского района Александр Клюшенков в машине Курышева в то момент, когда Клюшенков-младший якобы угнал её?

Всё-таки когда Александр Скорлупин забрал свой телефон из беседки дома Курышева в Загородном - ночью или утром?

Была ли всё-таки кровь на подушках безопасности курышевского Range Rover?

Депутат заявил, что всё, что он говорил на суде - правильно, а противоречия с показаниями, данными на следствии, связаны с тем, что следователь исказил его слова. Курышев сказал, что следователь умеет ловко обращаться с частицей «не», употребляя её с глаголами.

Кроме этого, выяснилось, что Сергей Курышев протоколов допросов не читал, он их подписывал после того, как его бывший адвокат Татьяна Абозина ему их зачитывала. С его слов следует, что она ему их зачитывала неправильно.

Напомним, что все свои заявления депутат Курышев делал находясь под присягой.

ИСТИНА - ОНА ОДНА

Загрузка плеера

Сергей Кальков, гособвинитель:
  • Ваша честь, я бы попросил огласить показания подсудимого, данные на предварительном следствии в связи с существенными противоречиями подсудимого, а именно — протоколы допроса в качестве подозреваемого и в качестве обвиняемого

Антон Колосов, председатель Ковровского городского суда:

  • В материалах дела имеются протоколы допросов Курышева в качестве подозреваемого и обвиняемого от 25 июля 2014 года, в качестве обвиняемого от этой же даты , в качестве обвиняемого от 10 сентября 2014 года, и в качестве обвиняемого от 15 сентября 2014 года. При этом в первых двух случаях у нас подсудимый от дачи показаний отказался. Пожалуйста, (гособвинитель) излагайте ходатайство ваше

Сергей Кальков:

  • Ваша честь, я бы просил огласить все показания, в том числе, и где он (Курышев) отказывался от дачи показаний, а государственное обвинение будет соответственно доказывать перед судом о том, что если подсудимый отказывается от дачи показаний, это, конечно, его право, это говорит о том, что он непоследовательную позицию занимал в ходе предварительного следствия, она у него постоянно менялась, поэтому я бы попросил все огласить показания

Антон Колосов:

  • На основании какой нормы вы это предлагаете?

Сергей Кальков:

  • А у него существенные противоречия (в показаниях) имеются
  • Я считаю, что если человек не даёт показаний, это свидетельствует о том, что, если он начал давать показания, это тоже противоречие
  • Уж если человек говорит правду, извините, то он должен её придерживаться последовательно, а не постоянно менять свою позицию, дозированно давать следствию или суду ту или иную информацию, меняя либо часть показаний, либо просто от них отказываясь
  • Если уж вы хотите рассказать правду, то придерживайтесь одной версии и рассказывайте её, поскольку истина — она одна

Антон Колосов:

  • Пожалуйста, заслушивается мнение стороны защиты

Юрий Щиголев, защитник подсудимого Курышева:

  • Ваша сесть, я выражу, наверное, мнение всей стороны защиты
  • Прежде всего, как адвокат, в соответствии с законом об адвокатской деятельности и адвокатуре, я возражаю против действий участника процесса, в частности, государственного обвинителя, прокурора Калькова Сергея Юрьевича
  • Ещё в прошлом судебном заседании, вчера (18 мая), я обращал внимание суда на то, что недопустимо оглашать... Ну, по поводу самого протокола я заявлял о недопустимости, а речь идёт об оглашении не протокола, а показаний, закон говорит, Уголовно-процессуальный кодекс
  • И сегодня опять государственный обвинитель, руководствуясь философскими воззрениями мыслителей прошлого - «молчание — знак согласия», и прочее, что в данном случае полагаю неуместным, предлагает нам оглашать, я бы даже сказал, пустые протоколы допросов, которые не содержат показаний, то есть сведений об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения данного уголовного дела
  • Поэтому я полагаю, оглашать протоколы допросов (Курышева) в качестве обвиняемого, которые содержат указания о том, что наш подзащитный воспользовался статьёй в то время 47-й Уголовно-процессуального кодекса, и имеющей прямое действие 51 статьёй Конституции Российской Федерации, поэтому мы возражаем против оглашения протоколов, которые не содержат показаний

Антон Колосов:

  • Ваша позиция понятна. Подсудимый позицию защитника Щиголева поддерживаете?

Сергей Курышев, подсудимый:

  • Поддерживаю, только должен пояснить по поводу этого. Можно?

Антон Колосов:

  • Да, конечно

Сергей Курышев:

  • Ваша честь, когда 25-числа я приехал из Москвы, 25 июля 2014 года, по звонку следователя и по звонку моего защитника, для встречи с руководителем следственного органа по Владимирской области, я поднялся, как я уже ранее рассказывал, туда, на второй этаж (здания управления Следственного комитета по Владимирской области на Октябрьском проспекте во Владимире), где мне надели наручники и предъявили обвинение
  • Когда следователь сказал: «Будете ли вы давать показания?», я сказал, что я хочу посмотреть правильность оформления документов и передачу полномочий для моего допроса
  • На тот момент полномочия для передачи допроса, они должны были быть в письменном виде написаны руководителем, кто подписал постановление о моём аресте. Это был на тот момент не (Александр) Еланцев (руководитель Следственного Управления Следственного Комитета России по Владимирской области), а его заместитель, не помню фамилию. На что следователь мне не предоставил письменное поручение его руководителя о проведении мною допроса
  • Так как он не имел на тот момент права без письменного поручения меня допрашивать, поэтому я отказался от допроса и взял 51-ую статью (Конституции РФ, дающую право не свидетельствовать против себя)

Антон Колосов:

  • Ваша позиция понятна. В целом позицию защитников вы разделяете?

Сергей Курышев:

  • Да

Антон Колосов:

  • Присаживайтесь. Защитник Ардыкуца, пожалуйста

Роман Ардыкуца, защитник подсудимого Курышева:

  • Да, считаю, что необходимо учесть позицию защиты, и если гособвинитель Кальков хочет, чтобы огласили какие-то показания, он, наверное, должен назвать конкретные протоколы, по которым...

Антон Колосов:

  • Протоколы были обозначены судом. Обвинение ходатайствует об оглашении четырёх протоколов (допросов Курышева) — одного в качестве подозреваемого, трёх — в качестве обвиняемого.

Роман Ардыкуца:

  • ... из тех, которые действительно содержат те сведения, которые нам необходимо было бы заслушать, поэтому позиция (защиты) согласованная

Антон Колосов:

  • Присаживайтесь
  • Суд постановил: ходатайство государственного обвинителя Калькова удовлетворить частично. Отказать в оглашении протокола допроса Курышева в качестве подозреваемого-обвиняемого от 25 июля 2014 года (день взятия депутата под стражу), поскольку суд не усматривает противоречий в показаниях, которые подсудимый дал в настоящем судебном заседании и в ходе указанного допроса. Здесь имеются только его пояснения по его личности, а также указания на допущенные процессуальные нарушения по его делу, которые, по его мнению, были допущены, и его заявление об отказе от дачи показаний по существу
  • В то же время суд находит обоснованным ходатайство государственного обвинителя об оглашении протоколов допросов обвиняемого от 10 сентября 2014 года, от 15 сентября 2014 года , поскольку суд усматривает существенные противоречия в показаниях, которые подсудимый дал в ходе судебного разбирательства, а также в ходе указанных допросов

ПРОТОКОЛ ПРЕРВАННОГО ДОПРОСА

Загрузка плеера

Протокол допроса на этапе следствия от 10 сентября 2014 года с прямой речью Сергея Курышева оглашает председатель Ковровского городского суда Антон Колосов:
  • «В город Ковров я приехал около 19 часов 30 минут, при этом я сразу поехал (в посёлок Мелехово) к дому культуры города Коврова, так как Клюшенков А.А (Александр Александрович, сын тогдашнего главы Ковровского района Александра Викторовича Клюшенкова) сказал мне сразу приехать туда, сказал, что мы будем смотреть хоккей. В тот момент, когда я подъехал к дому культуры, я был трезв, алкоголь до этого не употреблял. На входе дома культуры меня встретил Клюшенков А.А., Гюльмамедов Чингиз, его отчества я не знаю. До того, как меня встретили Клюшенков и Гюльмамедов, на входе в дом культуры я встретил Скорлупина Александра (на тот момент — старший помощник прокурора города Владимира), который является моим знакомым, с которым я вместе играю в футбол. Я и Скорлупин являлись знакомыми, однако друзьями мы не были, общались от встречи к встрече. После того, как меня встретили Клюшенков и Гюльмамедов, Скорлупин и вышеуказанные лица прошли в дом культуры. На первом этаже дома культуры я встретил Гордееву Галину Александровну. Гордеева провела нас на второй этаж, а именно, в фуршетную комнату. Насколько я могу судить, Скорлупин в это время был трезв, так как по его поведению я бы не сказал, что он был пьян. В фуршетной комнате находились (тогдашний глава Ковровского района) Клюшенков А.В., Платонов, как зовут его, я не знаю, Туина Г.А., и ещё около двух человек, которых я не знаю. На момент моего прихода в фуршетной комнате был накрыт стол. Лица, которые там находились, находились в состоянии алкогольного опьянения. Хочу заметить, что Клюшенков А.А. также был выпивши, то есть, он употреблял спиртное. Гюльмамедов, насколько я помню, был трезв. Меня и Скорлупина пригласили к столу. Я отказался употреблять спиртное. Скорлупин, насколько я помню, выпил со всеми за знакомство. Скорлупина представил присутствующим и познакомил со всеми я. Ранее Скорлупин никого из присутствующих не знал. В посёлок Мелехово 18 мая 2014 года он приехал для того, чтобы найти свою ранее угнанную машину, что мне известно со слов последнего. Я и Скорлупин находились в доме культуры около двух часов. Находясь в доме культуры, я общался с присутствующими, смотрел хоккей. Во время того, как я находился в доме культуры, на улицу я не выходил. Между мной и присутствующими в доме культуры лицами, в том числе мною перечисленными, никаких ссор, драк, конфликтов не было. Так как в доме культуры я не мог обсудить свой вопрос с Клюшенковым А.В., Клюшенков А.А. предложил мне отъехать, обсудить с ним этот вопрос в другом месте, так как в доме культуры было неудобно обсуждать этот вопрос. Я согласился с предложением Клюшенкова А.А., после чего я, Клюшенков А.А., Гюльмамедов и Скорлупин поехали на легковом автомобиле Гюльмамедова марки Lexus в город Ковров. Изначально я думал, что ранее я ехал в клуб «Арсенал», расположенный в городе Коврове, но мы приехали в гостиницу «Атриум». Изначально я и указанные лица хотели посидеть и поговорить в гостинице «Атриум» в ресторане. Так как ресторан был закрыт, мы сели в холле гостиницы. Нам не разрешили сидеть в холле, поэтому мы сняли номер в гостинице. Когда я и указанные лица, находились в номере, то Гюльмамедов и Клюшенков, точно не помню, выходили из номера, после чего принесли бутылку виски, насколько я помню, «Белая лошадь», название в переводе с английского. Потом я и указанные лица сидели в номере. Гюльмамедов вышел из номера, пока я разговаривал с Клюшенковым, а затем снова поднялся. Всего в гостинице я и указанные лица находились около 40 минут. Пока мы находились в гостинице «Атриум», в номере, то указанное виски пил я, Клюшенков и Скорлупин. Гюльмамедов не пил. Находясь в гостинице я позвонил со своего номера 8 96. … .. .1»

Судья Колосов — участникам процесса:

  • После этого допрос был прерван, заявление поступило от обвиняемого и защитников в письменном виде (о том, что) в рамках дополнительного допроса Курышева 10 сентября 2014 года, о том, что перед оформлением протокола Курышева им были даны устные пояснения по существу обвинения, в ходе которых он подробно рассказал об имевшихся у него с указанными лицами на то время взаимоотношениях, пояснил причины его оговора допрошенными (ранее) свидетелями
  • За неимением достаточного времени для подробного изложения всех показаний, протокол оформлен недостаточно подробно. В связи с этим Курышев изъявил желание быть допрошенным ещё раз
  • В заявлении он объясняет то, что показания от 10 сентября изложены не полностью. Допрос прерван сотрудником ФСИН, протокол подписан (Курышевым) не читая
  • Имеются подписи защитников и обвиняемого, указано число 10 сентября 2014 года. И в продолжение указанного допроса в материалах дела имеется следующий протокол допроса

СУМКА, В КОТОРОЙ ПОЛТОРА МИЛЛИОНА ЛЕЖАЛО

Загрузка плеера

Антон Колосов, председатель Ковровского городского суда:
  • Допрос проводился в период с 15:15 до 19 часов. Следователем по особо важным делам Большаковым в помещении следственного кабинета в присутствии защитника Абозиной. Личность (Курышева) повторно установлена, права повторно разъяснены, указано, в чём обвиняется данное лицо. По существу предъявленного обвинения обвиняемый показал:

Протокол допроса на этапе следствия от 15 сентября 2014 года с прямой речью Сергея Курышева оглашает председатель Ковровского городского суда Антон Колосов:

  • «Мой допрос в качестве обвиняемого от 10 сентября 2014 года был прерван сотрудником УФСИН России по Владимирской области в связи с окончанием работы учреждения. В настоящее время я чувствую себя хорошо, готов продолжить добровольно давать показания . В то время, когда я ещё находился в гостинице «Атриум», то есть вечером 18 мая 2014 года, я позвонил со своего телефонного номера 8 96. … .. .1 своей жене, сказал ей о том, что я не приеду домой, так как плохо себя чувствую, и останусь ночевать в городе Коврове. Откуда я звонил своей жене - из помещения гостиницы «Атриум» или же выходил на улицу - я в настоящее время не помню. После этого я позвонил своей знакомой Полежаевой Анне, которая проживает в городе Коврове, работает юристом в ковровском заводе бурового оборудования, и попросил её, чтобы она забрала меня из посёлка Мелехово, где находилась моя машина. Я и Полежаева Анна договорились, что через 15-20 минут после моего звонка, она заберёт меня из посёлка Мелехово. После моего звонка я, Клюшенков, Гюльмамедов и Скорлупин вышли из гостиницы «Атриум», сели в автомобиль Гюльмамедова, и мы поехали в посёлок Мелехово. Насколько я помню, я и указанные лица вышли из гостиницы вчетвером. По пути из гостиницы в посёлок Мелехово, я и указанные лица никуда не заезжали, нигде не останавливались. Гюльмамедов сидел за рулём автомобиля, управлял им. Клюшенков спал на переднем пассажирском сидении. А я и Скорлупин ехали на заднем сидении. Я и Скорлупин разговаривали, смотрели фотографии на телефонах друг друга. Когда я, Клюшенков, Гюльмамедов, Скорлупин поехали в посёлок Мелехово из гостиницы «Атриум», то данная наша поездка была вызвана тем, что Скорлупин собирался уехать в город Владимир, а меня из посёлка Мелехова должна была забрать Полежаева». Вопрос (следователя): «Где вы хотели остаться ночевать в городе Коврове в ночь с 18 на 19 мая 2014 года?». Ответ (Курышева): «В ночь с 18-го на 19-е я собирался остаться ночевать в городе Коврове, то есть, в самом городе. Где именно — я называть не хочу». Вопрос: «Зачем вы возвращались из города Коврова в посёлок Мелехово, если вы собирались ночевать в городе Коврове?». Ответ: «Мне было необходимо забрать некоторые вещи из своего автомобиля. Когда я, Гюльмамедов, Скорлупин и Клюшенков ехали из города Коврова в посёлок Мелехово, то между Гюльмамедовым и Скорлупиным начался конфликт из-за того, что Гюльмамедов зацепился за какую-то фразу Скорлупина и начал высказывать тому претензии, и данный конфликт происходил словесно, никто физической силы не применял. Остановок для того, чтобы продолжить конфликт, не было. В посёлок Мелехово я, Гюльмамедов, Скорлупин и Клюшенков въехали со стороны ковровского карьероуправления. На расстоянии примерно 40-50 метров от дома культуры посёлка Мелехово Гюльмамедов остановил автомобиль прямо на дороге, на полосе движения, разметки на этой дороге нет, дорога узкая. Первыми из автомобиля вышли Гюльмамедов и Скорлупин, затем из автомобиля вышел я и Клюшенков. Насколько я помню, Скорлупин сидел на заднем правом пассажирском сидении автомобиля, а я сидел на заднем левом пассажирском сидении. На улице Гюльмамедов и Скорлупин встретились у задней части автомобиля с левой стороны. Автомобиль Гюльмамедова располагался передней частью в направлении дома культуры. Между Гюльмамедовым и Скорлупиным происходил конфликт, который был словесный. Однако в ходе конфликта Скорлупин и Гюльмамедов толкали друг друга, но ударов не наносили. Выйдя из автомобиля, я подошёл к Клюшенкову и отдал тому свою сумку. Сумка коричневая, кожаная, с коричневыми кожаными ручками. Сумка не спортивная и похожа на мягкий портфель. В сумке находились денежные средства в размере полтора миллиона рублей в трёх пачках по 500 тысяч рублей купюрами по 5 тысяч рублей, документы уставные на ООО «Гермес», печать, результат конкурса (видимо, по муниципальному контракту) в Ковровском районе. Сумка имеет в длину около 40-50 сантиметров, даже немного больше. Кроме того, в сумке лежал диктофон марки Sanyo. В сумку я вложил свой мобильный телефон, в сумке лежало моё удостоверение. Отдав сумку Клюшенкову, я подошёл к Гюльмамедову и Скорлупину. Я сказал Скорлупину, чтобы тот ехал домой, а я сам разберусь с конфликтом. После этого Скорлупин ушёл в направлении сквера, расположенного недалеко от дома культуры посёлка Мелехово, с левой стороны от дороги относительно того места, где Гюльмамедов остановил автомобиль. Я и Гюльмамедов отошли примерно на 10 метров от автомобиля последнего в сторону ковровского карьероуправления. После этого между мной и Гюльмамедовым начался словесный конфликт. Гюльмамедов говорил мне, чтобы я не лез в дела Ковровского района, где они, то есть, Гюльмамедов, Клюшенков А.А., Клюшенков А.В., Гордеева, Платонов, работают уже 14 лет. В один из моментов Гюльмамедов нанёс мне удар правой рукой в область челюсти слева. Гюльмамедов нанёс мне удар с большой силой. В ответ я нанёс удар кулаком левой руки в область лица, куда именно, не помню, но я бил в область челюсти, и от моего удара Гюльмамедов упал на дорогу, он потерял сознание. Во время конфликта Клюшенков А.А. находился возле автомобиля Гюльмамедова, в конфликт между мной и Гюльмамедовым Клюшенков не встревал. После этого я подошёл к Клюшенкову, забрал у того свою сумку, пошёл к своему автомобилю. Мой автомобиль стоял напротив входа в дом культуры посёлка Мелехово, рядом со ступеньками, капотом в направлении входа. Клюшенков пошёл к моему автомобилю вместе со мной. Гюльмамедов в это время остался лежать на том месте, где упал. В это время на улице было темно, то есть, была ночь с 18 на 19 мая 2014 года. Когда я подошёл к автомобилю, я поставил свою сумку на водительское сиденье, положил ключи от автомобиля в углубление в двери автомобиля с внутренней части водительской двери. Из автомобиля я взял салфетки и тряпку, которыми я стал вытирать левую руку. В это время на костяшке в районе кисти и безыменного пальца, а также на костяшке мизинца у меня были раны, которые очень сильно кровоточили. Салфетками я вытер кровь с левой руки и приложил к ранам тряпку. Данные раны образовались после удара, нанесённого Гюльмамедову. Когда я вытирал руку, то я заметил, что на руке нет часов. Названия производителя (часов) я не помню. Я решил, что мои часы слетели с руки и остались лежать в месте, в котором я нанёс удар Гюльмамедову, поэтому я пошёл в то место, чтобы найти часы. Хочу заметить, что когда я шёл в сторону автомобиля, а также когда я шёл искать часы, то я видел, что возле лавки, которая находится напротив дома культуры посёлка Мелехово, у сквера, стоит мужчина невысокого роста, около 165-170 сантиметров, обычного телосложения, одетый в тёмно-синюю спортивную одежду, с бейсболкой на голове, её цвет не помню. Ранее я видел указанного мужчину вместе с Клюшенковым А.А., насколько я знаю, его зовут Александр. В это время данный мужчина стоял возле лавки, чтобы он с кем либо разговаривал — я не видел. Дойдя до того места, где я дрался с Гюльмамедовым, я стал искать часы, которые нашёл недалеко от места драки, в кустах, по правой стороне дороги если ехать в направлении дома культуры. В это время Гюльмамедов лежал на дороге, после чего пополз к своей машине. В то время, когда я искал часы, я вытирал кровь с руки салфетками, которые падали на дорогу. Когда я нашёл часы, я вытер их, после чего собрал все салфетки с дороги и бросил их в одном месте, в кусты, растущие вдоль дороги возле правой обочины, если ехать в сторону дома культуры посёлка Мелехово».

МАШИНА НАШЛАСЬ, А СУМКА С ДЕНЬГАМИ НЕТ

Загрузка плеера

Продолжение оглашение протокола допроса Сергея Курышева от 15 сентября 2014 года:
  • «Хочу заметить, что в месте, где лежал Гюльмамедов, я видел лужу крови диаметром 20 на 20 сантиметров. Гюльмамедов сел в машину, поехал к моей машине, где остановился рядом с моей машиной напротив входа в дом культуры, рядом со ступеньками, капотом в сторону входа в дом культуры. В это время я шёл к своей машине. Находясь возле моей машины Клюшенков крикнул мне, что он доедет до дома родителей, привезёт алкоголь и закуску, и мы уладим конфликт. Я не успел ответить Клюшенкову, так как он сёл в мою машину. В это время я видел, что вышеуказанный мужчина, которого, как я думал, зовут Александр, сел в мою машину на переднее пассажирское сиденье. И после этого Клюшенков А.А. и Александр уехали на моей машине в сторону дороги «Владимир-Ковров-Шуя». При этом Клюшенков находился на переднем водительском сиденье, управлял автомобилем. Вслед за Клюшенковым А.А. и моим автомобилем поехал Гюльмамедов на своём автомобиле. Я через сквер пошёл к лавочке, которая находится на стороне сквера, расположенной ближе к дороге «Владимир — Ковров — Шуя». В это время я достал телефон Скорлупина, который остался у меня в кармане, так как я забыл его отдать из-за начавшегося конфликта. С телефона Скорлупина с позвонил своей жене, сказал ей, что у меня угнали машину. Так как я не знал номер дежурной части, я попросил её позвонить её нашему знакомому сотруднику ГИБДД Пахомову Михаилу Сергеевичу, командиру батальона ДПС в городе Владимире. В последующем, моя жена сообщила в полицию об угоне машины. Кто именно угнал машину, я жене не говорил. Потом я подождал около 10 минут в сквере, после чего я вышел на дорогу, остановил автомобиль и уехал. Я уезжал на автомобиле марки Kia или марки Hyundai, точно не помню, тёмного цвета. Водитель был мужчина, 45-50 лет...»

Судья Колосов — участникам процесса:

  • Какой был мужчина — неразборчиво

Продолжение оглашения протокола допроса:

  • «Без усов, с прямыми тёмными волосами, с теменной залысиной. Водитель был одет в жилетку с карманами тёмного цвета, синего или коричневого. Другая одежда этого мужчины — джинсы и рубашка с коротким рукавом — была серого цвета. Я попросил данного мужчину довезти меня до города Владимира, на что тот согласился. С момента моего приезда в посёлок Мелехово из гостиницы «Атриум» до моего отъезда из посёлка Мелехово прошло не меньше, чем 30 минут. Водитель повёз меня в город Владимир по трассе «Владимир-Ковров-Шуя». Примерно через 5 километров я увидел свой автомобиль, стоящий на обочине с включенными аварийными сигналами. Я попросил водителя остановить автомобиль, когда я вышел из машины, то я увидел, что рядом с моей машиной стоит около пяти человек и несколько машин. Клюшенкова А.А. и Гюльмамедова я рядом со своей машиной не видел. Автомобиль Гюльмамедова я не видел рядом со своим автомобилем. Когда я подошёл к автомобилю, то я увидел, что совершено ДТП. После этого, я заглянул в машину, передняя дверь которой была открыта. В автомобиле я никого не нашёл, а также не нашёл свою сумку — ни спереди, ни сзади автомобиля, багажник я открыть не смог. Я спросил, вызвали ли ГИБДД, у стоящего недалеко от места ДТП парня. Худощавого телосложения парень сказал, что вызвали. Я осмотрел спереди автомобиль «Ока», при этом трупа я не видел. Потом я сел в автомобиль, на котором я приехал. Через пять минут пришёл водитель, после чего я и водитель поехали в город Владимир. Примерно в пятидесяти метрах от места ДТП при движении в город Владимир по трассе «Владимир — Ковров — Шуя», мне показалось, что я увидел автомобиль Гюльмамедова, который стоял в 15 метрах от обочины с правой стороны, если ехать в город Владимир. Людей рядом с автомобилем Гюдьмамедова я не видел. Машина стояла без включённых огней. Я не просил остановиться возле увиденного мной автомобиля». Вопрос (следователя): «Почему увидев ДТП, вы не поехали в ковровское управление ГИБДД?» Ответ (Курышева): «Потому что я сообщил во владимирское (управление) ГИБДД. Пока я ехал, я ещё раз позвонил жене и спросил, позвонила ли она в полицию. Моя жена ответила, что она сообщила в полицию. После этого, водитель довёз меня до подъезда в (коттеджный) посёлок «Зелёный мир» (во Владимире, за Клязьмой), где меня высадил. Моя жена вышла и дала водителю тысячу рублей, после чего он уехал. Я пошёл домой. В беседке я положил телефон Скорлупина на стол. Скорлупин, насколько мне известно, забрал телефон на следующее утро перед работой. На следующий день, 19 мая 2014 года, утром я позвонил в ГИБДД, в дежурную часть, где спросил, что мне делать? Насколько я помню, я звонил с телефона жены, или домашнего телефона. Я вспомнил, что звонил с телефона жены. Мне ответили, что со мной свяжутся. Примерно через час мне позвонили на номер жены из ГИБДД, из города Коврова, и попросили приехать. Я заехал в город Владимир, положил деньги на свой телефон, оканчивающийся цифрами «333», поехал в город Ковров. В Коврове поднялся в 13-ый кабинет в ГИББД, или в 14-ый кабинет. Подъезжая к ГИБДД, я увидел автомобиль Mazda Клюшенкова возле ГИБДД города Коврова. Самого Клюшенкова в машине не было. В ГИБДД я написал заявление об угоне, пообщался с сотрудниками полиции, после чего меня отвезли в ОВД города Коврова. Выйдя из ГИБДД, я позвонил Клюшенкову, предложил тому встретиться, от чего тот отказался. В ОВД я написал новое заявление, так как старое, по мнению сотрудников полиции, было написано не по форме. После этого я беседовал со следователем Пичугиным, давал объяснения. В обеденное время я пошёл обедать в кафе, расположенное недалеко от ОВД, так как сотрудники полиции тоже пошли на обед. В кафе я выпил бокал пива, пиво было светлое, название не помню. Пообедав, вернулся в ОВД, где продолжил давать объяснения Пичугину». Вопрос (следователя): «Почему давая объяснения сотрудникам полиции, и написав заявление об угоне транспортного средства, вы не сообщили сотрудникам полиции, что именно Клюшенков совершил угон автомобиля и ДТП?» Ответ (Курышева): «Я считал, что Клюшенков придёт в полицию и расскажет об этом сам. После обеда, около 15 часов, на улице было светло, то есть днём, я, сотрудник ГИБДД, старший лейтенант на автомобиле Ford и ещё один сотрудник правоохранительных органов, которого я видел, в синей форме, поехали по больницам города Коврова. В городе Коврове мы проехали около трёх больниц. В третьей у меня взяли анализы крови, мочи, я дул в трубку, и, по-моему, у меня взяли волосы. После этого я вернулся с указанными лицами в ОВД, потом я и указанные лица поехали осматривать машину. Машина была открыта, не опечатана. Я осмотрел машину, которая стояла на стоянке у здания ГИБДД города Коврова. В машине я нашёл свой телефон, заканчивающийся цифрами три единицы, который лежал на коврике водительского сидения, который я забрал в присутствии полицейского». Вопрос (следователя): «В это время подушки безопасности были на своих местах?». Ответ (Курышева): «Да. Подушки безопасности, а именно — рулевая, пассажирская и коленная водительская были сработаны. Я осмотрел подушки, крови на них не было». Вопрос: «В это время у вас были кровоточащие раны? Кровоточили ли раны на руке?». Ответ: «Нет, в это время кровоточащих ран у меня не было. Раны на руке были заклеены пластырем». Вопрос: «Вы когда-нибудь выезжали за границу вместе со Скорлупиным?» Ответ: «Нет, вместе со Скорлупиным я за границей не был. 19 мая 2014 года я позвонил Клюшенкову А.А. из посёлка Мелехово, когда машина последнего стояла у Ледового дворца, а я и сотрудники полиции были в посёлке Мелехово на осмотре места происшествия. В ходе осмотра места происшествия я доказывал сотрудникам полиции, указывал сотрудникам полиции на то, что в месте (у дома культуры), где была кровь, чья — я не называл, крови нет. Место замытое, а также нет салфеток, которыми я вытирал руку. Хочу заметить, что после того, как я приехал домой, примерно в 19 часов 19 мая, мне на сотовый телефон позвонил сотрудник ГИБДД, старший лейтенант, о котором я говорил ранее. Зовут как данного сотрудника — я не знаю. Он попросил меня вернуться в город Ковров. Около 20 часов 30 минут 19 мая 2014 года я приехал в город Ковров и встретился около ГИБДД с указанным сотрудником полиции. После этого я и сотрудники полиции проехали в Центральную городскую больницу города Коврова, где находится данная больница, я не знаю в городе Коврове. Сотрудник полиции стал искать главного врача по отделению, расположенному на первом этаже при входе в больницу. После того, как сотрудник полиции нашёл врача, то уговорил его взять кровь, хотя врач говорил, что не имеет на это права. Потом вышла женщина, которая в процедурном кабинете взяла у меня кровь из руки, а именно — два шприца по 10 миллилитров из вены, которую она при мне слила в большую... (пауза).... неразборчиво, и закрыла плёнкой».

Судья Колосов — участникам процесса:

  • По обвинительному заключению показания (Курышева) кто-нибудь отслеживает?

Юрий Щиголев, защитник подсудимого Курышева:

  • Флакон написано

Антон Колосов:

  • Не флакон. Согласно протокола однозначно не флакон. Ампула!

Продолжение оглашения протокола допроса:

  • «Слила (кровь) в большую ампулу и закрыла плёнкой. Данную ампулу женщина отдала сотруднику полиции, хотя я предлагал оставить кровь в холодильнике до утра, от чего сотрудник полиции отказался. Сотрудник полиции положил в сумку кровь, забрал её. 19 мая 2014 года я приехал в Ковров оба раза с водителем. Хочу дополнить собственноручно, перед началом допроса мои показания в качестве обвиняемого от 10 сентября 2014 года были мне не зачитаны вслух, в результате чего я обнаружил неточность. Вместо «я пил виски» должно быть записано, что «лично я виски не пил». Также прошу отразить, что, в связи с длительностью допроса и плохим самочувствием, у меня резкие боли в животе, по поводу чего я обращаюсь к администрации, но безрезультатно. Прошу прерваться и продолжить допрос в другое время, так как считаю, что сегодня дал все пояснения по существу обвинения. Дополняю, что в последствии в отделе Следственного Комитета города Коврова мне показывали копию моего удостоверения, хотя само удостоверение находилось в сумке, которая пропала (ранее Курышев заявлял, что она была у Клюшенкова-младшего). Также дополняю, что Клюшенков А.А. отказался подъехать в отдел, сославшись на важность встречи с его трудоустройством. В подтверждение своих показаний предлагаю к протоколу схему с изображением маршрута движений и остановок, о которых я давал показания».

Судья Колосов — участникам процесса:

  • Схема на одном листе. Имеются подписи следователя, обвиняемого, защитника, а также схема за подписью обвиняемого

ПОЧЕМУ СЛЕДОВАТЕЛЬ ВЕЗДЕ ПРИСТАВКУ «НЕ» ВСТАВЛЯЕТ?

Загрузка плеера

Юрий Щиголев, защитник подсудимого Курышева:
  • Сторона защиты обращает внимание на то, что никаких существенных противоречий по сравнению с показаниями, данными вчера (18 мая 2015 года) Курышевым, в данных протоколах не прозвучало

Антон Колосов, председатель Ковровского городского суда:

  • Вопреки позиции защиты, суд усматривает существенные противоречия с показаниями, данными вчера. Сейчас будем эти противоречия устранять. Пожалуйста, государственный обвинитель

Сергей Кальков, государственный обвинитель:

  • Можете пояснить, в суде вы пояснили, что встретили пьяного Скорлупина, соответственно, около ДК (в посёлке Мелехово), а следствию вы говорили, что он был трезвый

Сергей Курышев, подсудимый:

  • Давайте я вам расскажу всю предысторию

Сергей Кальков:

  • Не надо мне рассказывать, поясните причину противоречий

Сергей Курышев:

  • Я вам расскажу всю предысторию вопроса, потом вы выводы сделаете свои

Сергей Кальков:

  • Не надо мне предысторию вопроса, вы поясните ваши противоречия

Роман Ардыкуца, защитник подсудимого Курышева:

  • Ваша честь, я прошу прощения, у меня возражения на действия гособвинителя, потому что он не даёт нормально ответить подсудимому, задавая вопросы, подсудимый сам способен без корректировки со стороны гособвинителя ответить

Антон Колосов:

  • Суд предоставляет возможность подсудимому отвечать на вопросы государственного обвинителя таким образом, каким он посчитает нужным, но при этом давайте конкретные пояснения о причинах противоречий

Сергей Курышев:

  • Ваша честь, когда меня арестовали 25-го числа (25 июля 2014 года), после этого мне создали определённые условия, которые они, наверное, хотели создать
  • Ко мне никто не приходил, ни следователь, никто
  • Больше месяца меня не допрашивали, хотя адвокат ко мне приходила, я настаивал на допросе, проводимом в отношении меня, но они не соглашались меня допрашивать
  • Допрос состоялся только по истечении полутора месяцев, которые я провёл в следственном изоляторе
  • Ко мне там подсаживали всяких людей с провокационными вопросами, но я на это не реагировал
  • Писали рапорта необоснованно. Всё это дело исходило оттуда
  • Вот, и когда мы наконец-то встретились со следователем, он мне первым вопросом при нашей встрече, как бы, сказал: «Ты понимаешь, что авария — это пыль. Ты здесь не за аварию сидишь»
  • Я сказал, что я понимаю, что не за аварию здесь сижу
  • Я говорю: «У вас есть какие-то конкретные ко мне предложения?»
  • Он (следователь) говорит: «Они будут в последующем»
  • Мы с ним начали этот допрос. Несколько раз я читал этот допрос первоначальный, который был 10 сентября, я эти листки, я говорил, что я их не буду подписывать, ничего. Там была написана полная корректировка следователем
  • Потом только с третьего раза мы этот допрос начали, я говорю адвокату: «Вы смотрите сами, я уже не буду читать»
  • Я говорил, что мои предпочтения — поменять мне следователя вообще. Я говорил, что я человеку объясняю, он не понимает, пишет то, что я не говорил, не говорю, вставляет свои слова

Антон Колосов:

  • Давайте подытожим. Вы хотите сказать, что вот таких показаний не давали, которые были зафиксированы в протоколе от 10 сентября 2014 года?

Сергей Курышев:

  • Нет, я давал, но я написал, что я их не читал, потому что я отказался с ним разговаривать, со следователем

Антон Колосов:

  • Понятно. Вот из вашего последующего протокола (допроса), который был оглашён в дальнейшем, следует, что вы ознакомились с протоколом от 10 сентября, и единственный момент, который вы уточнили, что виски не пили

Сергей Курышев:

  • Виски не пил, да

Сергей Кальков:

  • Ну, и почему тогда не уточнили …

Антон Колосов:

  • Государственный обвинитель, не прерывайте суд
  • Соответственно, вам сейчас задаются вопросы относительно других противоречий, которые объективно присутствуют в ваших показаниях. Вы нам либо что-то конкретное поясните, либо скажите, что вы пояснить не можете. Третьего не дано. Противоречия действительно есть, противоречия видны

Сергей Курышев:

  • По поводу вопроса о том, что Скорлупин был пьяный или не пьяный, я говорил следователю, что он был с бутылкой пива, а то, что вопрос пьяный — не пьяный, я ему сказал, что я не знаю, был ли он пьяный, я с ним не пил

Антон Колосов:

  • То есть, следователь неточно ваши показания записал

Сергей Курышев:

  • Да

Антон Колосов:

  • Пожалуйста, следующий вопрос

Сергей Кальков:

  • В суде вы пояснили, что вы собирались, трезвый совершенно, вернуться во Владимир. В ваших же показаниях (на следствии) написано, что вы собирались ночевать в городе Коврове. Это как вы сможете пояснить. Тоже не читали (протокол допроса)?

Антон Колосов:

  • Государственный обвинитель, пожалуйста, менее эмоционально формулируйте вопросы

Сергей Кальков:

  • Как вы сможете пояснить, что на суде вы говорили...

Антон Колосов:

  • Противоречие понятно. Пожалуйста, подсудимый

Сергей Курышев:

  • Я позвонил, ещё раз говорю, своей жене, сказал, что у меня садится телефон, сказал ей, чтобы она не беспокоилась, что всё нормально, я в Коврове со Скорлупиным, встретил Скорлупина
  • Сказал ей, что если что, если она до меня не дозвонится, то пусть звонит на (Скорлупина) телефон. Она говорит: «Тебя когда ждать?». Я сказал, что я не знаю, когда я приеду, может быть, я приеду поздно, может быть, останусь в Коврове ночевать. Вот мои слова были жене. Так я и сказал ей

Сергей Кальков:

  • Из контекста протокола вашего допроса не звучит о том, что следователем был записан разговор с вашей женой. Там в контексте звучит так: «Я собирался ночевать в городе Коврове». Вы поясняли в суде: «Нет, я собирался возвращаться во Владимир, хотел пьяного Скорлупина оставить в Коврове». Поясните, почему вы изменили показания в этой части?

Сергей Курышев:

  • Я не хотел, чтобы Скорлупин ехал во Владимира в таком виде, и попросил Полежаеву, свою знакомую, чтобы она отвезла его куда-нибудь, если она поедет туда

Антон Колосов:

  • Ваша нынешняя позиция понятна. Вот то, что записано в протоколе, вы такое сообщали следователю?

Сергей Курышев:

  • Я сообщил следователю, что я позвонил жене, сказал ей, что у меня сел телефон, что я, возможно, могу остаться (в Коврове) или приехать (во Владимир) поздно

Антон Колосов:

  • То есть, опять следователь ваши показания не точно изложил?

Сергей Курышев:

  • Да

Антон Колосов:

  • Пожалуйста, следующий вопрос

Сергей Кальков:

  • Из ваших показаний в суде следует, что вы были совершенно трезвы, так?

Сергей Курышев:

  • Да

Сергей Кальков:

  • Поясните, пожалуйста, как человек может перепутать «Арсенал» и «Атриум» - два этих увеселительных заведения? Одно находится на улице Грибоедова, огромный бывший дом культуры, «Атриум» - это маленькая гостиница. И на каждом вот такими буквами их названия написаны

Сергей Курышев:

  • Я не житель Коврова или Ковровского района
  • Когда мы поехали из Мелехова с Клюшенковым (младшим), он мне сказал, что мы поедем в «Арсенал», посидим в летнем кафе
  • А в итоге мы приехали не «Арсенал», а «Атриум»

Сергей Кальков:

  • А почему вы первоначально в своих показаниях поясняли, что вас всё время привозили в «Арсенал»?

Сергей Курышев:

  • Я сказал, что я не знаю, куда меня привозили — в «Арсенал» или в «Атриум». Я потом уточнил уже, когда звонил Полежаевой, где мы находимся. Я говорю: «Мне кажется, мы приехали в «Арсенал». А он (видимо, Клюшенков-младший) мне говорит: «Нет, мы в «Атриуме»

Сергей Кальков:

  • Тогда, я думаю, этот вопрос бесполезно задавать, но я его всё-таки задам, а что, вы предполагаете, в вашем протоколе допроса следователь свои мысли что ли записал - «пил я, Клюшенков, Скорлупин и Гюльмамедов», делая вот эту ложь?

Сергей Курышев:

  • Я сказал следующее, что я не пил, пили Клюшенков и Скорлупин. Зачем он написал, что я пил тоже, я это потом увидел и исправил

Сергей Кальков:

  • То есть, правильно я вас понимаю, те все противоречия, которые я вам в настоящий момент огласил, вы такого следователю не говорили?

Сергей Курышев:

  • То, что вы сейчас огласили? Я такого не говорил

Сергей Кальков:

  • Не говорили. Хорошо, пойдём дальше

Антон Колосов:

  • По первоначальному допросу у суда ещё имеется вопрос. Вы указали, что не выходили из ДК, не спускались вниз. А в суде вы показали, что неоднократно выходили из ДК, в том числе, вместе со Скорлупиным

Сергей Курышев:

  • Ваша честь, вот эта вот приставка «не», почему он (следователь) её везде вставляет? Я ему говорил, что выходил из ДК, а он пишет «не выходил»

Антон Колосов:

  • Я могу вам дословно зачитать

Сергей Курышев:

  • Нет, я видел, я слышал, как вы читали

Антон Колосов:

  • Тут имеется ваша подпись в данном протоколе, внешних признаков его фальсификации, каких-либо вставок и дописок не имеется. (Из протокола): «Во время того, как я находился в доме культуры, на улицу я не выходил»
  • Даже если бы было написано «я выходил», а потом вставлена частица «не», то, с точки зрения русского языка, первоначальное предложение выглядело бы нелепо

Сергей Курышев:

  • Но там же написано, что я не пил, говорил, а он говорит, что пил

Антон Колосов:

  • Я вас спрашиваю, вы выходили (из дома культуры)?

Сергей Курышев:

  • Я выходил. Я многократно выходил на улицу

Антон Колосов:

  • То есть, вы настаиваете не показаниях, данных в судебном заседании?

Сергей Курышев:

  • Я на улицу выходил раз пять

Антон Колосов:

  • В данной части противоречие чем объясняется? Тем же самым обстоятельством?

Сергей Курышев:

  • Тем, что следователь следователь вставил приставку «не» (перед глаголом) «выходил», я сказал, что я выходил

Антон Колосов:

  • Почему не сообщали в ходе предварительного следствия о том, что Скорлупину стало плохо, он сидел, в том числе, в вашей машине, коврик там вам испачкал рвотными массами

Сергей Курышев:

  • Я говорил (следователю), что (Скорлупину) стало плохо, но я подробности не уточнял, что рвало его. Я сказал, что ему было плохо. Он сидел на стуле, практически спал, мы с ним выходили на улицу дышать вместе с Гордеевой. Я это говорил всё следователю

Антон Колосов:

  • А он не записал?

Сергей Курышев:

  • Не посчитал нужным, наверное, записать

Антон Колосов:

  • Понятно

«НЕ НАДО КЛЮШЕНКОВА А.В. САЖАТЬ»

Загрузка плеера

Антон Колосов, председатель Ковровского городского суда:
  • Пожалуйста, дальше вопросы, государственный обвинитель

Сергей Кальков, государственный обвинитель:

  • А вот в предыдущих судебных заседаниях, когда я стал вам задавать вопросы относительно того, что в вашем автомобиле после автопроисшествия была обнаружена кровь. Если мне память не изменяет, а она мне не изменяет, вы настойчиво поясняли, что, вообще, там, один момент, когда вы ездили осматривать автомобиль, то следов крови не было
  • Я вас вчера спросил, каким же образом в данном случае относиться к вашим показаниям, тогда вы стали говорить, что «я не говорил, что там не было крови, я говорил, что там слишком много крови оказалось». Вот, в ваших показаниях приведено дословно: «очень сильно кровоточила» ваша рана
  • Так каким показаниям доверять-то? Вы много там крови оставили в тот момент, когда у вас (раны на руке кровоточили)?

Антон Колосов:

  • Давайте последовательно. Вы говорите о наличии сильных кровоточащих ран

Сергей Кальков:

  • Вчера (18 мая) подсудимый стал мне пояснять, что перед этим он не это имел имел в виду. У него не сильно раны кровоточили, поэтому там столько много крови не должно остаться.

Антон Колосов:

  • Пожалуйста, подсудимый: сильно или не сильно кровоточили ваши раны?

Сергей Курышев:

  • Во-первых, я в машине не сидел, не мог там ничего испачкать своей кровоточащей раной. Когда я (после удара Гюльмамедову) шёл к машине, я вообще не видел, что рана кровоточит. Я когда машину открыл, я увидел, что у меня по мизинцу стекает кровь. Я её вытер салфетками, вытер тряпкой, у меня перестала течь она вообще, эта кровь

Сергей Кальков:

  • Ну, ладно, что уж тут... Следующий вопрос. Вы можете пояснить, вот вы говорите, что когда Клюшенков А.А., то бишь, младший, сел в машину, и уехал на ней, при этом (он) пояснил, что доедет до дома родителей, привезёт спиртное и закуску, чтобы уладить конфликт. Это я оглашаю ваши показания на следствии. Но в суде вы вдруг стали заявлять о том, что Клюшенков А.А. погрузил пьяного Клюшенкова А.В. (своего отца) в машину и повёз его домой
  • В этом случае вот как к вашему противоречию суду и государственному обвинению относиться?

Сергей Курышев:

  • А противоречие в чём именно?

Сергей Кальков:

  • А вы Клюшенкова А.В. вообще не упоминаете в этом протоколе допроса

Сергей Курышев:

  • А у меня позиция была согласована с адвокатом на тот момент, что про Клюшенкова А.В. мы не говорим. Она (бывший адвокат Курышева Татьяна Абозина) настояла на том, что не надо Клюшенкова А.В. сажать

Сергей Кальков:

  • Куда сажать?

Сергей Курышев:

  • Не надо говорить про него, что он был в машине. Мы выясняем момент, кто был за рулём на тот момент, и она (адвокат) мне так пояснила, что давай не будем про Клюшенкова А.В. говорить, что он находился сзади в машине

Сергей Кальков:

  • Ну, тогда — логичный вопрос: мы тут тоже выясняем, кто был за рулём, зачем о Клюшенкове А.В. не надо было говорить?

Антон Колосов:

  • Ответ о причинах данного противоречия получен. Ещё вопросы? В части противоречий есть у вас ещё вопросы?

Сергей Кальков:

  • Вы можете как-то пояснить ваши соответствующие разногласия с показаниями Скорлупина
  • Вы пояснили, что на следующее утро он забрал свой телефон у вас дома. Скорлупин пояснил, что вы раньше него добрались (до Владимира) с места ДТП, и он уже забрал ночью телефон

Сергей Курышев:

  • Я сказал, вероятно, утром. Но я Скорлупина не видел, когда он забирал телефон. Вот мои показания

Сергей Кальков:

  • Вот у вас написано (в протоколе допроса): «на следующее утро перед работой забрал телефон». \

Сергей Курышев:

  • Я сказал «вероятно» он его забрал утром перед работой, потому что следователь меня спрашивал видел ли я его, я сказал, что я его не видел

Сергей Кальков:

  • По показаниям, соответственно, (сотрудника ковровской полиции) Пичугина, вы вчера начали говорить, что Пичугин вас отправил в какое-то кафе, я предполагаю, что это ресторан «Цезарь», и сказали вам там пообедать и выпить бокал вина, пива. На предварительном следствии вы сказали, что выпили бокал пива, вчера вы говорили, что «я вообще ничего не пил»

Сергей Курышев:

  • Поясняю по этому вопросу. Я следователю Большакову пояснил, что господин Пичугин предложил мне выпить во время обеда пива. Я пошёл в кафе, вернулся из кафе, он меня спросил, выпил ли я пива, я сказал, что да, выпил, даже два бокала. Значит, (в протоколе допроса) не так записано было.

Сергей Кальков:

  • А, значит не так записано было... А замечания (с вашей стороны) какие-то есть относительно этого, что там неправильно записано?

Сергей Курышев:

  • Вы не знаете просто, в каких условиях меня допрашивали, и как меня допрашивали. Постоянное давление, прессинг был. Я отказался от следователя, сказал, что не буду с ним общаться. Потом пришёл старший следователь по УВД...

Антон Колосов:

  • Подсудимый, пожалуйста, конкретнее

Сергей Курышев:

  • Я и говорю, что конкретно. Он пришёл...

Антон Колосов:

  • Чем вы объясняете наличие противоречий?

Сергей Курышев:

  • Тем, что следователь писал заявленную неправдоподобность того, что я говорил

Сергей Кальков:

  • Заведомую ложь, вы хотите сказать?

Сергей Курышев:

  • Не заведомую ложь, он искажал мои показания. Несколько раз переписывали они протокол, вместе с адвокатом читали этот протокол и переписывали. Я заявлял, что я не буду это подписывать, что они там написали, я такого не говорил

Сергей Кальков:

  • В итоге вы подписали

Сергей Курышев:

  • Я подписывал, да

Антон Колосов:

  • У суда вопрос к вам. Вы данный протокол читали? По предыдущему протоколу есть указание, что вы прочитали его не читая, потом, в дальнейшем, прочитали, и при допросе 15 сентября внесли те уточнения, которые посчитали нужным. Вот протокол от 15 сентября вы прочитали

Сергей Курышев:

  • Абозина, адвокат, мне читала этот протокол, я его слушал, потом подписал. Она сказала, что всё нормально написано, подписывай. Ну, нормально, так нормально

Сергей Кальков:

  • Следует ли из ваших слов, что вы фактически обвиняете обвиняете адвоката Татьяну Абозину в том, что она вам неправильно читала протокол допроса?

Сергей Курышев:

  • Да

Сергей Кальков:

  • Спасибо, нет у меня больше вопросов

Сергей Колосов:

  • У суда вопросы есть. В ходе допроса 15 сентября вы указываете, что в момент, когда осматривали автомобиль с сотрудниками полиции, на подушках безопасности крови не было. В судебном разбирательстве вы неоднократно заявляли, что имелись большие пятна крови, которые не соответствуют тем незначительным помаркам кровяным, которые имеются на исследованном вещественном доказательстве

Сергей Курышев:

  • Ваша честь, я следователю пояснял, что в машине сработало три подушки безопасности. Я ему пояснил, что на пассажирской подушке крови не было. На водительской подушке, которая из руля, была кровь, и на нижней подушке была кровь

Антон Колосов:

  • То есть, опять следователь не точно ваши показатели изложил? Здесь (в протоколе допроса) сказано, что на подушках крови не было вообще

Сергей Курышев:

  • «На подушках» написано?

Антон Колосов:

  • Сейчас я, чтобы быть точным...

Сергей Курышев:

  • Или «на подушке» (написано)?

Антон Колосов:

  • … дословно зачитаю: «Вопрос: «В это время подушки безопасности были на своих местах?». Ответ: «Да, подушки безопасности, а именно — рулевая, пассажирская, коленная водительская — были сработаны. Я осмотрел подушки, крови на них не было». Чем вы может объяснить указанное противоречие

Сергей Курышев:

  • Я излагал по-другому, я не мог сказать, что не было крови, если она была, кровь, и её все видели

Антон Колосов:

  • Понятна ваша версия. Ещё вопросы по этому протоколу?

Сергей Кальков:

  • То есть, правильно так ваш ответ интерпретировать: следователь опять что-то неправильно записал

Сергей Курышев:

  • Ну, я не мог сказать, что крови не было, когда все видели, что она была на водительской подушке и на нижней подушке. На подушке безопасности пассажира крови не было

Сергей Кальков:

  • Вы ответьте, пожалуйста, на вопрос, следователь неправильно записал?

Роман Ардыкуца, защитник подсудимого Курышева:

  • Я прошу прощения, у меня возражения на действия гособвинителя, на поставленный вопрос был получен ответ, я считаю

Антон Колосов:

  • Государственный обвинитель, подсудимый чётко показал, что следователь не точно в этой части записал его показания

Сергей Кальков:

  • Ну, если суд так считает, я не буду спорить

Смотрите также
Управление образования возглавит Елена Аксенова
Администрация города Владимира определилась с кандидатурой нового начальника управления образования: Елена Аксенова сменит кресло руководителя «молодежного» подразделении мэрии на руководство в «гороно»