Регистрация / Вход Вс, 11 декабря 2016, 12:59

Диалоги о консервах

sergionick
Сергей Егоров
15 Сентября 2014, 10:35 3079

Вот стоит банка с тушеной говядиной. Тушенка в простонародье. Стоит себе. Закупорена напрочь. Красная этикета. Вот голова коровы: видимо, той, которая пожертвовала свою тушу ради нас, людей. Чтобы мы сделали макароны по-флотски, например. Большими буквами выведено «ГОСТ 5284-84», для уверенности, что у коровы была не просто туша, а экологически чистая туша, которую впоследствии обработали с соблюдением всех санитарных норм.

У этого питательного продукта даже названия торговой марки нет. Просто тушенка в банке и все. И эту банку мы видим каждый день на прилавках, отдаем за нее символические 100 рублей и по возвращении домой не задумываясь препарируем ее консервным ножом.

А теперь представьте, что бы было, если бы 50 с лишним лет назад Энди Уорхол вместо супа Campbell's взял и нарисовал банку советской тушенки.

DSC00003.JPG

Так и всплывают перед глазами утопические картины, на которых люди победоносно вскидывают руки с крепко зажатыми в них консервами. На аукционах молотки без остановки отсчитывают миллионы долларов так, что небольшая картинка вздрагивает, будто с предчувствием скорых похорон в чьей-нибудь частной коллекции. На Красной площади люди в огромных костюмах тушенки ведут на поводке коров к Мавзолею, прямо на крыше которого через несколько минут начнется процесс изготовления юбилейной миллиардной банки. И за всем этим маразмом с неба, сидя в кабине дирижабля, наблюдает Энди.

Какая-то болезненная фантазия, скажете вы. Сомнамбулический припадок. Однако же за нарисованную банку супа Campbell's отдавали несколько десятков миллионов долларов. И что в этот момент видел перед своими глазами этот несчастный (или счастливый?..) – одному богу известно. Вполне возможно, он видел нечто похожее в надежде, что все так и будет. А может быть, у него перед глазами проносились зеленые чертики.

DSC09981.JPG

В любом случае, стартовая стоимость теперь уже бессмертного творения Уорхола вряд ли была эквивалентна десяткам миллионам «зеленых». Просто люди, увидев картину, вдруг почувствовали, что именно этой графической банки не хватает им дома. Или этих 32-х банок. Или двух сотен. Люди не остались равнодушными. А значит, Уорхол был прав. Ведь если искусство оставляет людей равнодушными, то что же это за искусство?

Наверно, нечто подобное происходило и на заре 16-го века, когда какой-нибудь богатей случайно бросил взгляд на «Сад земных наслаждений» Босха. У каждой эпохи должно быть нечто такое, что все сразу же называют это гениальным. Творения, которые играют чувствами людей, не разумом. С восторгом созерцая «Диптих Мэрилин» у нас нет-нет, да и проскочит мысль о том, что нас где-то обманули. Что в ней такого? Но ведь манит же.

DSC09984.JPG

А может быть, все дело в том, что те, кого мы зовем гениями, и не гении вовсе, а просто хорошие психологи и понимают, что периодически людям нужна встряска. Физическая, эмоциональная — не важно. Насколько бы консервативен человек ни был, насколько бы ни держался за артефакты ушедших эпох и устои прошлой жизни, он рано или поздно поймет — должен понять — что так дальше продолжаться не должно. Да, он будет протестовать. Будет извиваться, биться в истерике. Но только потом вдруг проснется и задаст вопрос сам себе: «Как я без этого раньше жил?».

В медленном средневековье такой «ледяной душ» не нужен был слишком часто. Но уже в 20-м веке, веке тотального ускорения, Уорхол подумал, что двух мировых войн будет мало. И добил человечество супом.

DSC09980.JPG DSC09989.JPG

DSC09987.JPG DSC09991.JPG

DSC09992.JPG DSC09995.JPG