Регистрация / Вход Вт, 25 апреля 2017, 02:03

Письма каменному истукану

golov71
Сергей Головинов
27 Февраля 2017, 12:37 26 3399

Отсутствие нормальной коммуникации между обществом и властью заставляет неравнодушных и озабоченных складывающейся ситуацией людей изобретать «народные свистки» для выброса пара.

В ход идут сарказм, ирония и стёб, стилизованные под низкопоклонничество, чинопочитание и раболепие. В распоряжении редакции Зебра ТВ оказался весьма занятный образчик такого «народного творчества масс».

В шуточном письме на имя расплодившихся в последнее время в России памятников князю Владимиру обыгрывается тема конфликта между частью интеллигенции Владимирской области и новым руководством главного музея 33 региона.

Авторы послания каменной скульптуре встают на защиту нового музейного начальства, поставленного еще более высоким министерским начальством, и обрушиваются с критикой на дремучий провинциализм владимирских подданых князя Владимира.

Очевидно, что «шутишное» письмо на имя памятника сочинили люди, не принимающие новое музейное руководство и недовольные коллаборационизмом местного начальства. Но от этого пронзительная глухота в отношениях между обществом и властью, подчеркнутая каменной сущностью адресата, и вывернутая наизнанку, словно с содранной кожей, аргументация становятся еще более кричащими.

г.Москва,

Боровицкий вал,

памятнику Владимиру Первому

Копия:

г.Владимир, смотровая площадка парка Пушкина,

памятнику Владимиру Первому,

г.Владимир, ул.Большая Московская,

памятнику Владимиру Первому,

г.Белгород, пр-т Ватутина,

памятнику Владимиру Первому

Дорогой господин наш, Владимир!

Мы обращаемся к тебе, солнце российской государственности, потому что для горестных размышлений наших не найти лучшего адресата, чем такой герой и исполин земли русской, как ты. Ты хоть и памятник, но за короткое время заслужил всенародную любовь и уважение: о тебе слагают песни, снимают кинофильмы, постят в инстаграмме: именно к тебе обращены мольбы и просьбы наши о защите от бессовестной и безобразной травли, развернутой против князя нашего, Игоря свет Валерьевича, фамилией Конышев, служит который директором Владимиро-Суздалького музея-заповедника по повелению хозяина культуры российской, боярина Мединского, по повелению еще более вельможного хозяина, имя которого мы тут не называем, ибо ты и сам его хорошо знаешь, а лишний раз поминать его всуе не по чину нам.

Велики печаль и скорбь наши, хотя начиналось все хорошо, когда назначили князя нашего светлого руководить музеем этим, казалось, ничего проще нет: уволить несогласных, поставить людишек своих, да начать кормиться музеем этим да казной его, из государевых денег сложенной. Развернули мы плечи, расправили крылья, распахнули кошельки…

Да не тут-то было! Нашлись супостаты, ненавистники всего культурного и прогрессивного, застрявшие в прошлом веке, замшелые ретрограды, не желающие меняться так, как повелит князь-руководитель, не желающие, то есть, принести себя в жертву прибыли и достатку начальства.

Не хватит места, чтобы перечислить злодейства их, слез не хватит и слюней, чтобы высказать и описать все, что творят они, уверенные в своей безнаказанности. А слез и слюней у нас не так много уже и осталось.

Послушай, государь каменный, плач наш пламенный! Подняли эти бессовестные лица руку свою на святое, на то, на что нельзя поднимать руку в России: на Начальство! Это – страшное преступление, подрыв основ общественного строя, покоится который, как ты ведаешь, на безмолвном подчинении и громком прославлении руководства. Возомнили они, что могут критиковать своего руководителя и свершили это подлое предательство традиций наших, согнули скрепы несгибаемые, нарушили запреты заветные.

150 отщепенцев, называющих себя «деятелями культуры и искусства», а на самом деле самозванцы, искусные только в доносах да дрязгах, написали письмо подметное и направили, страшно сказать, в самое сердце российской государственности. Еще и гордятся этим, ерепенятся. В письме том облили грязью князя нашего, Игоря свет Валерьевича, пишут, мол, разрушает он музей, мол, прибыль хочет получить, людей и их традиции не уважает. Ложь это все, вождь наш тысячелетний! Музей давно пора было разрушить, ибо плох он и прибыли не приносит столько, чтобы князя нашего и братию его, нас, то есть, прокормить, обуть, одеть и всем необходимым снабдить на будущую счастливую жизнь. А не для этого ли боярин Мединский сюда нас и приставил?

Не убоялись гнева твоего и еще почти 2500 человек, подписавших петицию, в интернетах вражеских размещенную, в коей повторили наветы предателей и иуд в тщетной надежде, что это что-то изменит, и, хотя число этих иродов постоянно растет, - да хоть двести тысяч! – это не имеет никакого значения! Ибо верим мы в тебя, идола нашей государственности, больше, чем в силу людишек этих бессовестных.

Безобразная травля и пакостные заявления ничего не значат, ибо начальство на Руси – всегда право и всегда друг другу поможет и прикроет, тебе ли это не знать, светоч наш и надёжа!

Послушай же дальше, истукан наш твердоголовый! Возомнили эти негодяи холопского звания, что они понимают что-то в музейном деле больше князя нашего, Игоря свет Валерьевича, Пушкина музейного дела, эффективного, как у нас говорят, менеджера. И, как всякий Пушкин, Игорь Валерьевич, конечно, нажил себе завистников и соперников, возжелавших извести светоч музейного дела. Что ни делает – все им не так, все плохо им, бездельникам и паразитам на тощем теле великой русской культуры.

Задумал отец наш вынести из Золотых Ворот диораму устаревшую, о взятии Владимира татаро-монголами в каком-то там лохматом году. И то правда, к чему она там? Кто про это помнит? И что с того, что сделана она с любовью и с искусством невиданным настоящим народным художником? Время, Володя, все расставило по своим местам. Пришел новый князь, ему и суд вершить над историей. Так нет, иуды и тут недовольны, говорят, если эту диораму выставишь из Золотых Ворот, мы там новую соорудим, названием «Позорное изгнание Игоря из стольного града Владимира». Довели до слез князя нашего, поверишь - волосы стали выпадать у добра молодца.

А супостаты не унимаются. Потратил 390 тысяч рублей на новый логотип музея – лев им не тот, зубаст, зол и зело безобразен. Заказал новый сайт за 4 миллиона у друга своего – дорого, кричат, нет ли тут коррупции? Купил себе автомобиль за миллионы какие-то – опять недовольны. Рояль за 2 миллиона им тоже не угодил, не любят музыку, смерды. Игорь Валерьевич, как человек культурный, даже праздник валенка купил для своей новой родины, за счет музея, конечно, но всего за 550 тысяч: все тридцать четыре человека, которые на праздник пришли - остались довольны. А эти – опять зудят и злобу свою копят, только слухи да наветы собирают. О том, например, что получает наш князь из казны музея чуть ли не миллион рублей в месяц, но, дорогой ты наш устроитель земли русской, даже если это и правда – разве это преступление, разве начальство не должно получать много? И даже очень много?

Так вот, прародитель земли русской, эти не знающие стыда предатели и лжепатриоты, используя китайские телефоны, корейские ноутбуки, американское программное обеспечение и кириллический алфавит, опубликовали на международном сайте жалобу на директора и ждут, что это возымеет какое-то действие. Это просто смешно.

Это всё, конечно, щедро оплаченный кем-то спектакль. Потому что любому здравомыслящему человеку ясно, что музей никого так интересовать не может, кроме тех, у кого есть финансовые интересы. Например, наш дорогой директор – заинтересован в развитии музея именно потому, что получает там законную свою зарплату в несколько сотен тысяч рублей. Как и его не менее дорогие заместители. И по-другому не бывает!

Нельзя вот так просто взять и начать спасать какой-то музей. Типа бескорыстно и из любви к родному краю. Этого быть не может! И, хотя, к этим отщепенцам присоединились и средства массовой информации области, и даже, как ни странно, Общественная Палата региона, это все говорит только о том, как прогнило все в этом месте, где когда-то зарождалась российская государственность.

Доподлинно известно нам, светлейший истукан, как страдает и мучается от этого Игорь Валерьевич, каждой ночью выходит он на смотровую площадку в парке Пушкина во Владимире, к твоему памятнику, и запевает песнь горестную: «Ни сна, ни отдыха измученной душе…», поет он, и далее, совсем уж жалостливо: «О, дайте, дайте мне свободу, я свой позор сумею искупить!». Далеко над поймой реки Клязьмы разносится крик души затравленной …

Не погуби, отец наш твердокаменный, спаси нас и князя нашего, Игоря Валерьевича, не допусти, чтобы холопы да смерды извели директора нашего, Ломоносова музейной науки и Циолковского космоса музейного!

Дорогой и славный наш каменный Володя! Мы не подписываемся под письмом не из страха, который свойственен только так называемым «работникам музея», трясущимся в своих норках при виде грозного, но справедливого Игоря Валерьевича. Мы не подписываемся, потому что ты, Володя, нас и так хорошо знаешь. На нас и на таких, как Игорь Валерьевич, держится Русь-матушка. Но не потому что нас большинство, а потому что мы громче кричим и зубами грыземся за деньги наши, которые пока не наши, но мы их хотим и мы их получим. А те, кто помалкивает да письма подметные пишет - те и есть холопы настоящие, им мнение своё иметь недостойно, и нет у них истории, кроме той, которую им начальство в головы их замшелые вставит.

Мы не просим невозможного. Помоги князю нашему, дай свободу ему и возможность искупить позор, в коем он оказался по самые, так сказать, уши, забери его к себе, хоть смотрителем своим, чтоб следил он за памятниками тебе по всей Руси, да пыль с них сдувал, да голубей с них гонял. Яви справедливость свою, да не медли, Володя, а то съедят нас тут людишки владимирские, как есть съедят.

На тебя одного уповаем,

верные рабы твои…