Не мешайте коровам спасать нас от пальмового масла

sokolova
Светлана Соколова
4 Мар 2019, 12:52 21 2220

В прошлом году на автовокзале в Рязани я разговорилась с попутчицей в солидном возрасте. Она гостила у дочери, возвращалась домой, в наше владимирское село Старый Двор. Слово за слово возникла тема печальной судьбы Стародворского животноводческого комплекса. Женщина с сожалением вспоминала время, когда на фермах стояли животные, была работа, вспоминала добрым словом руководителя Сан Саныча Горшкова, подсмеивалась над его манерой нелитературно общаться с работниками.

Я городской житель. Совсем. Но при этом очень люблю природу, животных и все такое прочее. Мои родственники долго воспоминали, как я в четырехлетнем возрасте после посещения домашнего хлева (мы были в гостях у моих прабабушки и прадедушки) сделала открытие, что поросеночек-то, оказывается, на каблучках.

В настоящий коровник я попала только в 35 лет, благодаря такому чудесному занятию, как журналистика.

Это было мое первое редакционное задание в ГТРК «Владимир». Мы с оператором Виктором Калабиным поехали на съемки в Александровский район (1997 год, как давно это было). Нужно было побывать в селе Долгополье. По нашей информации, там было тяжелейшее положение в СПК, но действительность превзошла все ожидания.

DmGorySPK.jpg

Представьте себе ферму, построенную еще в советские времена. Входим внутрь, голодные коровы ревут и пытаются лизать воздух, тут же у окна валяется обглоданный скелет их бывшей «товарки», в дальнем конце корова с недавно родившимся теленком. Беда.

Мы, конечно, поговорили с работниками, руководителем, они объяснили причины тяжелого положения, но легче не стало. Всего пять лет прошло после распада СССР, и такая разруха. Вечером материал вышел в эфир. За сюжет мне здорово попало от главного редактора ГТРК «Владимир» Андрея Филинова (он сегодня председатель этой телерадиокомпании), потому что страдающие коровы получились выразительнее и убедительнее людей. А ответа на вопрос: почему так случилось, мы так и не получили.

Чуть позже (те же далекие 1997-1999 годы) судьба подарила мне знакомство с очень интересным человеком, депутатом Законодательного Собрания Владимиром Ульяновым, председателем СПК «Дмитриевы Горы». Так я попала в старинное село, расположенное в Меленковском районе.

Чистые фермы, сытые и ухоженные животные. От телят глаз не отвести, какие хорошенькие! У них даже клички были, телята и те не были безликой животной массой. Оператор Валерий Кривов восхищался чистотой в дмитриевогорском коровнике: «Как в метро!».

И корма в хозяйстве умели заготовить и технику в поля вывести. Латаные-перелатаные комбайны и трактора выезжали на работу, а не валялись, потихоньку ржавея.

Paradtehniki.jpg

СПК «Дмитриевы Горы», а когда-то колхоз «Большевик», был не просто колхозом-миллионером. В конце 1980-х он мог позволить себе кредитовать промышленные предприятия.

В самые трудные для страны времена дмитриевогорские крестьяне сберегли все: технику, инфраструктуру, специалистов, умения и навыки.

В этом хозяйстве я впервые увидела, как проращивают семена картофеля, как потом из этих ниточек получается семенная картошка, которую можно сжать в поле.

Трудолюбивый народ, ответственные руководители. С 1950 года (вот уже почти 70 лет) третий по счету председатель. Вот они, без преувеличения золотые имена российского сельского хозяйства: М.А.Морозов, В.М.Ульянов, В.И.Сухарева. Мы с оператором Виктором Калабиным еще успели записать интервью с Морозовым - легендарным председателем «Большевика».

Может быть, поэтому нет и не было в Дмитриевых Горах разрухи, что председатели не менялись, как перчатки, жили в селе и уже только поэтому чувствовали собственную ответственность и старались сберечь созданное односельчанами за долгие годы. Даже взлетная полоса была, санитарная авиация могла садиться. Нашла в интернете фото с коровой и оригинальной современной надписью «Я люблю Дмитриевы Горы». А ведь, действительно, коровка - это символ благополучия. Пшеница вырастет хорошей или нет, бабушка надвое сказала, а если корова ухоженная, голодной семья не будет.

Конечно, СПК «Дмитриевы Горы» было не единственным крепким хозяйством во Владимирской области. Например, племенной завод «Стародворский», о котором я говорила вначале. В первый раз я попала туда, когда еще не было племенного хозяйства, но была основа и был молодой амбициозный председатель СПК – Александр Горшков. Помню красную корову-рекордистку Малинку (уродилась такая красавица среди черно-пестрого стада) и нежность, с которой председатель относился к буренкам. С людьми он был очень жестким.

PlemzavodStarDvor.jpg

Потом я много раз бывала в Старом Дворе, практически на моих глазах создавался племенной завод, привозились породистые животные, потом появились современные корпуса новой фермы. Планов было много, денег на все, как водится, не хватало. И вдруг – скандал, нецелевое использование субсидии, обвинение в мошенничестве, уголовные дела. «Стародворский» обанкрочен, фактически, прекратил свое существование, коровье стадо продано, люди остались без работы. Жалко и грустно. Закон, конечно, суров, но справедлив, как говорили древние. Но справедливость какая-то странная получается: закон восторжествовал, хозяйство развалили, работы нет, молока нет, мяса нет. Неужели кто-то доволен таким результатом?

В общем, пластиковая коровка, стоявшая у центрального офиса СПК в Старом Дворе, удачи людям не принесла.

Да, у нас во Владимирской области есть и ПЗ «Илькино», и КФК «Муравия», и СПК «Колхоз имени Ленина», и СПК «Шихобалово», но отдельные острова благополучия в печальном море владимирского сельского хозяйства погоды не сделают.

Нужен приток новых сил, да и инвестиции не помешали бы. А то очень грустно проезжать мимо разрушающихся ферм и домов с заколоченными окнами и огородами, поросшими бурьяном. Может, пора начать созидать, не ломая? Очень не хочется, чтобы разрасталась беда, описанная Людмилой Дербиной:

Уходят в прошлое деревни,
к закату клонится их день…
как нету леса без деревьев,
России нет без деревень!
Мы сами бросили деревни,
мы сами вырубили лес,
и на Земле святой и древней
такая тишь стоит окрест!
Ничье не празднуют рожденье,
покосы некому косить.
Как больно слово «вырожденье»
сегодня мне произносить!
Уйдут последние старухи
(какая грусть, какая мгла!)
Помчит гуляка-ветер слухи,
что здесь деревенка была,
что здесь вставали до рассвета
и хлопотали дотемна.
А сколько песен было спето!
Их помнит разве что луна…
Пусть мы во многом преуспели,
но где, когда и как смогли,
с преступной легкостью успели
мы отучиться от Земли?!
В любом из нас крестьянин дремлет.
О, разбуди нас вещий глас!
За то, что бросили мы Землю,
Земля откажется от нас!
Нельзя, немыслимо, не дело
нам оставлять ее во мгле.
Как душу жжет, как наболело:
«О, человек! Вернись к Земле!»

И надо же, как бывает. Появился инвестор, решивший вложиться во владимирское сельское хозяйство (заметьте, не в строительство очередного торгового центра). Конечно, мужики погорячились, или им совет кто дал неправильный, но объявили они, что будут в нашем суздальском Тарбаево строить крупный суперсовременный свинокомплекс и позже комплекс крупного рогатого скота. Народ заволновался, стал собирать подписи против такого строительства, я тоже подписала петицию. Самые главные протестанты объявили, что против свинокомплекса будут стоять насмерть, но вот комплекс для крупного рогатого скота их бы вполне устроил. Судя по публикациям в СМИ, руководство Тарбаево согласилось с мнением владимирцев и отказались от «свинских» планов. Но тут главные протестанты передумали и начали бороться теперь уже со строительством суперсовременного коровника. Даже привлекли ученых с именами и громкими званиями, правда, к сельскому хозяйству имеющих очень опосредованное отношение. Меня, например, поразило в этом письме, что у владимирского чернозема плодородный слой достигает 1 метра. На собственной грядке он может и 2 метров достигать, если за этой грядкой планомерно лет 200 ухаживать, а вот, что касается так называемых земель сельхозназначения, для нашей земли плодородный слой в 40 см – это великий подарок судьбы. Но авторы письма не постеснялись проявить буйную фантазию. Да и подписанты тоже: читали ли внимательно эти ученые письмо, которое подписывали?

Селяне говорят, что в нашем регионе выращивание зерновых невыгодно, риск большой, от климатических подарков даже знаменитое Ополье не застраховано. А мясо-молочное животноводство может стать основой развития села и средством обеспечения продовольственной безопасности области. Будет молока вдоволь - пальмовое масло не понадобится. Будут в деревнях фермы и школы, как это было раньше, жить будут деревни, а не как сейчас: стоят брошенные фермы, зияют пустыми глазницами окон, провалившимися крышами, а основным населением являются летние дачники.

Так почему надо так оголтело протестовать против того, что раньше было в каждой деревне - коровника? Да еще коровника современного, построенного в соответствии с сегодняшними требованиями и возможностями? Чем плохо, если в селе будет прилично оплачиваемая работа (не легкая, в селе легкой работы не бывает)? Кому помешают обработанные поля? Посмотрите на Старый Двор, или на руины откормочного комплекса в Красногвардейском. Неужели разруха – это единственный вариант российской жизни?

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции