В этих музеях простым смертным побывать хлопотно. А чаще о них просто никто и не знает

Илья Поляков:
Писатель
Илья_Поляков
Отдельный выставочный жанр – ведомственные музеи, притягательные своей закрытостью и своеобразной элитарностью. Сложно сказать, сколько таких экспозиций во времена СССР существовало во Владимире
ИСТОРИИ 1 января, 10:21 16479
Фото стока Depositphotos

Мне в детстве – спасибо за то родителям – досталось много музеев. Нас с сестрой таскали и в столичные гиганты, и в провинциальные, камерные музейчики, в которых тоже немало интересного хранилось. Мне и сейчас краеведческая экскурсия в закрытом помещении милей недельной прожарки на море. Возможно, эта привычка в какой-то мере осложняет жизнь моим домашним. Но только не мне.

В юном возрасте выносить затяжные походы по серьезным выставочным площадям сложно. И потому я как-то больше любил районные краеведческие музеи, музейчики и музеюшки. Всегда интересовался подобными заведениями, бывая в других городах. Со временем я открыл для себя отдельный выставочный жанр – ведомственные музеи, притягательные своей закрытостью и своеобразной элитарностью. В них простым смертным иной раз побывать хлопотно. А чаще о таких площадках просто никто и не знает.

В Иванове мне довелось побывать в паре-тройке таких. Хотя хорошо запомнился только один – на базе областной судебной экспертизы. Он походил тогда (как сейчас там все организовано, я не знаю) на домашнюю, такую семейно-теплую кунсткамеру, которая даже в сдержанном, модельном варианте производила впечатление.

Во Владимире я тоже собирался проникнуть на эти сумеречные территории, да как-то все не задавалось. Но тут, решив, что имею полное право совместить приятное с полезным, я подвел под свое давнее желание идеологический базис – оформить это все как беглые обзорные статьи для «Зебры». Тогда все и началось. Кстати, сразу поясню: собрание Владимирского Централа меня не интересовало. Просто из-за своей ангажированности. Школьные музеи тоже не в счет. Они другого поля ягоды.

Сложно сказать, сколько вообще ведомственных историко-краеведческих экспозиций во времена СССР существовало в городе. Мне удалось нащупать следы четырех. Гипотетически надеюсь обнаружить следы пятой, фантомной – с тракторного завода. Два же пункта из моего списка, к сожалению, пока под сильным вопросом – один музей вроде закрылся по причине слабого интереса обывателей к нему, а второй имеет проблемы с собственником и процветающим прямо сейчас дележом имущества. Так что пока только два. Возможно, позднее получится разговеться.

Пунктом первым в моем списке стоял музей авиамеханического колледжа. И подумал я о нем немного поздновато – уже после экскурсии, любезно устроенной нам директором Виноградовым Н. Н. и посвященной старой системе отопления. Потому я даже немного стеснялся, опасаясь показаться навязчивым. Но тут Николай Николаевич позвонил сам. В одной из аудиторий лопнула труба отопления, что спровоцировало порчу полов. И вот, при исправлении этой неприятности, в подвале нашли странный кирпичный канал. И никто не знал, что это за коммуникация. Забегая вперед, скажу (на правах легкого хвастовства), что повторный визит в колледж дал еще и материал, и подтвердивший, и дополнивший прежние знания.

Оказалось, что часть моих предположений оказалась верной. И когда я упоминал, что наличие печей в здании красноречиво сигнализирует о том, что часть помещений училища изначально предназначалась для жилья, а учебной или производственной площадью стали позднее, я оказался прав. По свидетельству Николая Николаевича, печи сохранились в бывшей директорской квартире. Но не только это порадовало нас при повторном визите. Многие элементы отопительной системы не получилось рассмотреть в первый раз, потому что они прятались во внутреннем дворе колледжа.

Простите, читатели, мне такую долгую подводку к описанию исторической коллекции колледжа. Но само это здание уже экспонат и музей единовременно. Мы привыкли сохранять образцы гражданской архитектуры, пренебрегая промышленными. А тут ведь вообще уникальный сплав и того, и другого – величайшая редкость. Да еще не только тщательно спроектированный, но и отлично сохранившийся.

Вот что мы не смогли увидеть в первый раз. Специальные каналы, именуемые продухи. Они не являются частью отопительной системы учебно-производственного комплекса, но весьма родственны ей. Продухи позволяли вентилировать пространство между черновым и чистовым полом второго этажа, не допуская накопления влаги в утеплителе, в качестве которого тогда широко применяли войлок. А еще регулярное проветривание существенно увеличивало срок службы деревянных балок перекрытия. На зиму же эти лючки закрывались предусмотренными для того крышками. Ну это как сейчас в деревенских домах осенью кирпичами или тряпками затыкают продухи в цоколе. По сути, это одно устройство. Просто исполнение разное. И таких лючков по фасаду разбросана масса.

1.JPG
3.JPG
16.JPG

За восторгами по поводу обнаружения столь грамотно оборудованных продухов чуть было не прозевали еще одной чудесной детали. Сейчас эти симметричные элементы конструкции (они есть у каждого крыла) используются как вентиляционные шахты. Но, если присмотреться, становится ясно, что шахтами их назначили не так давно. И даже сделали это немного насильно, пробив местами недостающие проемы. А до той поры эти пристенные сооружения играли совершенно иную роль.

Немного истории. Станки для различной механообработки дерева, металлов и иных материалов массово стали использовать давно. Не ошибусь, если назову XVII столетие. Хотя и античность уже знала кое-чего. Проблема была не в умении строить подобные механизмы, а в приводе, их оживлявшем. Конечно, были водяные мельницы, но они не сильно удобны для подобных целей. Так что к XIX столетию куда охотнее использовали паровую машину. И то, что сейчас крутят электродвигатели, тогда оживляла именно паровая машина.

К моменту строительства Мальцовского училища промышленность знала и более совершенный привод – от электрического двигателя. Но электромотор тогда был очень дорог. И уж точно никто бы не стал им оснащать каждый станок, которых на производственной базе училища числилось немало. Так что использовали все ту же проверенную и необычайно надежную (при должном уходе) паровую машину.

Но и тут имелась проблема. Паровая машина – это комплекс, который включает и саму машину, и генератор пара для нее – паровой котел с топкой, которых тоже много не построишь. Так что все нужды училища в промышленной мехтяге обеспечивала одна такая машина. Но станков-то имелось много. А потому от машины усилие к потребителям транслировалось весьма остроумным способом – при помощи системы валов. Сначала шел один вал от машины, с которого при помощи ремней (вариант редуктора) вращение перераспределялось на несколько промежуточных валов. Те уже передавали тягу дальше, в мастерские. А в мастерских под потолком устраивали систему валов со шкивами – трансмиссию. Между прочим, существовала даже специальная должность – смотритель трансмиссии. И вот уже от трансмиссии к станкам шли приводные ремни, которые полагалось набрасывать на приводные шкивы станков (когда требовалось запустить их) или сбрасывать их – чтобы остановить. И, по-видимому, паровая машина стояла где-то во дворе училища. Возможно, на территории нынешней училищной литейки. А вот через эти шахты проходили ремни, оживлявшие трансмиссию мастерских, частично расположенных ниже уровня привода – в цокольном и подвальных этажах.

Версию подтверждают элементы, сохранившиеся на внешних стенах этих шахт. Стальные клинья, необходимые для системы натяжения трансмиссионных ремней. Железные козырьки, кстати (сохранился один и в других местах прослеживаются фрагменты), защищали шкивы и ремни на входе в шахту от осадков.

11.JPG
18.JPG
25.JPG
23.JPG

Осмотрев здание снаружи, со стороны внутреннего двора, проходим в помещение. И снова натыкаемся на остатки системы воздушного отопления. Это лючки, регулирующие поступление теплого воздуха в коридор. Веревки на них, конечно, не стоит датировать временем постройки, но регулировка системы именно так и происходила – надо было за веревочку тянуть. Лючки расположены довольно высоко.

Интересно, что на фото мы видим свод. Если уж быть совсем точным, то распалубку с люнетом (если мне память не изменяет). Решение, известное еще со времен готики. Но часть перекрытий в училище сделана при помощи сводов Монье, изобретенных во Франции за пару десятилетий до проектирования и строительства училища. Их вообще придумали для железнодорожных мостов и туннелей. Своды Жозефа Монье станут типовыми элементами гражданской архитектуры только на рубеже XIX и XX веков, то есть несколько позднее. А на тот момент эти лучковые своды, взаимно гасящие распорные нагрузки, использовались в России с опаской. То есть мы видим свидетельство того, насколько прогрессивным был проект училища и как внимательно подходили отцы-строители к воплощению проекта в жизнь. Правда, что-то было и вполне традиционное. К примеру, пергамин и битумные составы в ту пору уже были известны и использовались. Но в училище вся гидроизоляция сделана по старинке – береста со смолой.

26.JPG

А вот тот уже упомянутый воздуховод под полом пострадавшей аудитории. В этом крыле в прежние времена размещали преподавателей и обслуживающий персонал. Обратите внимание, что изгиб воздуховода выполнен плавно. Снижению сопротивления потоку внутри каналов придавалось большое значение.

33.JPG

Аудитория эта, к слову сказать, расположена в цокольном этаже. И потому пол ее расположен ниже уровня асфальта. И тут снова не совсем понятное для современного человека инженерное решение. Изнутри стены обиты досками, которые стоят не совсем вплотную к кирпичу, а на некотором расстоянии. Со стороны аудитории эти доски оштукатурены по драни и внешне практически неотличимы от кирпичной стены. Выдает только деревянная решетка для вентиляции, идущая под потолком. Вроде бы абсурдное решение. Но тут стоит вспомнить тюдоровские и викторианские дома в Англии, комнаты на первых этажах которых почти в обязательном порядке до середины стен закрывались деревянными панелями. Это не дань моде. Это компенсация недостаточной гидроизоляции. Кирпичная кладка в нижней части отмокала. И панели позволяли решить эту проблему – дерево неплохо вбирает в себя лишнюю влагу, которую потом отдает, как только воздух станет достаточно сухим. То есть мы имеем дело с архаичным регулятором влажности. Кстати, в подвале виден грунт – чистейший суглинок. Довольно влажный. Так что английский опыт тут пришелся весьма к месту.

36.JPG
34.JPG

А вот и сам музей. В нем есть несколько кирпичей, обнаруженных на территории колледжа. С различными клеймами. В том числе и с английскими (фотка с ними не получилась, но поверьте на слово – они есть). Виден еще уголок межигорки – старого шамотного кирпича. Шамот в нем мелко молотый, а потому кирпич из него сильно похож на наш силикатный внешне. Но это самый настоящий, бескомпромиссный огнеупорный кирпич из Межигорья – местности под Киевом. Еще одно свидетельство, насколько серьезно подошли к строительству училища наследники Мальцова.

50.JPG

Вот строгальный станок былых эпох (1895 год). Шкивы переменного диаметра как раз рассчитаны под ремень трансмиссии. Ну а набор их позволяет менять скорость вращения шпинделя.

39.JPG

Модель нелетающего самолета Можайского, выполненная учащимися училища. Судя по всему, первых лет обучения, потому что ближе к окончанию выпускники уже творили чудеса. Практиковалась следующая форма дипломной работы. Несколько человек объединялись (7 – 10) и самостоятельно, вручную делали станок или иное оборудование, которое оставалось затем в училище и использовалось в мастерских для обучения последующих поколений. Учитывая, что делалось это при помощи самого примитивного набора слесарных инструментов, диву даешься, насколько квалифицированными работниками были ребята, закончившие училище. К слову сказать, уже упомянутую паровую машину, вращавшую трансмиссию, построили такие же выпускники. Как и паровой котел для нее.

53.JPG

Вот тот самый немудреный инструмент. Ножовки, молотки, кронциркули, угломеры, тиски, крейцмейсель.

46.JPG
47.JPG

Приборы и приспособления, созданные руками учеников.

42.JPG

А вот пример дипломной работы. Токарный станок по металлу с педальным (!) приводом. Черт возьми, покажите мне современных студентов, способных всем курсом, всем потоком создать такую машину, используя простой напильник и шабер!

43.JPG

А вот фотография, демонстрирующая ту самую трансмиссию и принцип ее действия. Если присмотреться, то можно узнать коридор с колоннами из чугуна, через которые поступал теплый воздух, для чего в них имелись дверцы. Я писал о них в предыдущем материале. Правда, сейчас на этой пощади нарезаны аудитории. Но зато эта фотография проясняет еще один момент. Зачем на колонны опираются балки из дерева, когда уже вполне известен железобетон и стальные двутавры? Просто деревянные балки играют роль своеобразного демпфера. И они гасят вибрации, неизбежные при работе трансмиссии. Так что это своего рода прокладки, не дающие вибронагрузкам воздействовать на верхний этаж.

54.JPG

В демонстрационной витрине в форме корабельного фонаря хранится готовальня. Такие чертежные наборы выдавали лучшим выпускникам. Своеобразный аналог красного диплома.

60.JPG

С виду обычные книги и наборы чертежей. И все бы ничего, но все они выполнены учениками. Вручную. Не только переплетены, но и отрисованы. В туши. Моя мама – инженер старой школы. До сих пор запросто пишет по ГОСТу. Чертежным шрифтом. Я учился в том же вузе четверть века спустя. И по сию пору свято храню ненависть к начерталке и черчению. Мамины инженерские навыки кажутся запредельными. Но тут… Тут что-то нечеловечье. И это даже не инженер! Это мастер! А то и просто высококвалифицированный рабочий!

59.JPG

И снова приборы паровой эпохи, сделанные руками учеников или доработанные ими. Манометры, динамометры, вольтметры и прочие измерители.

69.JPG
74.JPG
76.JPG

К вопросу о преемственности. Это уже модели и приборы студентов советских времен.

62.JPG
64.JPG
65.JPG
63.JPG

Часы, много лет провисевшие в фойе училища. Служили эталоном времени для множества поколений учащихся.

61.JPG

Машинка, на которой в начале ХХ столетия печатались все деловые бумаги училища.

57.JPG

А вот знаменитый стол первого директора училища. С дутыми викторианскими ножками. Монументальный, как церковный алтарь. Настолько основательный, что для его представления достаточно фрагментов.

80.JPG

78.JPG

А напоследок история, которая поразила меня больше всех. Везде рассказывают о Белышеве и Солоухине, учившихся в этих стенах. Но нигде я не встречал упоминания об этой удивительной женщине. Этот кусочек стенда – вот и все, что осталось о ней на память. Приехала в войну во Владимир как эвакуированная из Ленинграда, успев пережить почти всю блокаду. Устроилась на работу гардеробщицей в училище. После войны домой не поехала. Осталась во Владимире. И всю оставшуюся жизнь проработала гардеробщицей. Наверное, масштаб ее деяний не так уж и велик. И подвигом их назвать сложно. Но что это тогда, если не пример самоотверженности?

82.JPG

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции