Регистрация / Вход Сб, 03 декабря 2016, 20:42

«Я буду нырять в эту тему»

Директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» Светлана Мельникова - о первых впечатлениях от нового места работы и о том, почему она никогда не оторвётся от Владимиро-Суздальского музея-заповедника
8 Июля 2016, 10:05 25 5811

Бывший генеральный директор Владимиро-Суздальского музея-заповедника (ВСМЗ) Светлана Мельникова, ровно неделю назад назначенная руководителем музея-заповедника «Херсонес Таврический» в Севастополе, в эксклюзивном интервью Зебра ТВ заявила, что будет счастлива, если начатый при ней проект реставрации усадьбы Храповицкого будет успешно реализован. При этом Мельникова призналась, что будет испытывать чувство ревности, так как эта масштабная задача будет решена без её участия.

IMG_1829.JPG

Напомним, Светлана Мельникова занимала должность генерального директора ВСМЗ ровно 6 лет — с 17 июня 2010 года. Министерство культуры решило не продлевать с ней трёхлетний контракт, и прислало замену в лице Игоря Конышева, до этого возглавлявшего подмосковный музей-заповедник «Горки Ленинские».

30 июня Светлана Мельникова была назначена директором музея-заповедника «Херсонес Таврический» в Севастополе.

hersones.jpg
фото официального сайта музея «Херсонес Таврический»

5 июля Светлана Мельникова была во Владимире, и согласилась дать интервью Зебра ТВ.

«ЛЮДЯМ НЕ НУЖНЫ ДЕЖУРНЫЕ СЛОВА»

Светлана Евгеньевна рассказала, что в заповеднике «Херсонес Таврический» за последнее время сменились несколько директоров, причём трое из них в настоящее время продолжают работать в музее. Мельникова считает, что появление нового руководителя — всегда стресс для любого коллектива, и она сначала даже не знала, что она скажет коллективу.

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Наверное, [у сотрудников «Херсонес Таврический] это было ощущение усталости и ожидания, и я не совсем была уверена, что же я могу сказать этим людям

  • И когда меня представлял замминистра [культуры] Аристархов Владимир Владимирович, он сказал, что я работаю давно, что имею опыт работы в [музее] заповеднике, и так далее, что перед музеем стоят очень большие задачи, и потом было предоставлено слово мне

  • Был зачитан приказ о [моём] назначении с 30-го числа [июня]

  • А потом я сказала людям, что, наверное, пришла с желанием чем-то помочь, и помочь [музею-заповеднику «Херсонес Таврический»] войти в государственную структуру, в семью федеральных музеев

  • И второе, о чём я сказала, я убеждена, что людям не нужны дежурные слова — они их пропускают мимо ушей, они проваливаются в песок, и мне хотелось им сказать что- такое интересное, чтобы как-то внимание их, что ли, привлечь, и я ничего не нашла лучшего как просто рассказать им историю моего последнего дня пребывания в [Владимиро-Суздальском] музее-заповеднике

О БОЖЬЕМ ПРОМЫСЛЕ В РАБОТЕ МИНИСТЕРСТВА КУЛЬТУРЫ

В интервью Зебра ТВ Светлана Мельникова часто упоминала село Муромцево Судогодского района, в котором находятся руины усадьбы предводителя Владимирского дворянства Владимира Храповицкого. Несколько лет назад ВСМЗ принял объект на свой баланс для восстановления.

Мельникова подчеркнула, что именно тема Муромцево помогла ей найти нужные слова при представлении сотрудникам «Херсонес Таврического». Она рассказала, что в последний день работы во Владимире она обнаружила, что в сборнике стихов поэта Владимира Дивакова, родившегося в Муромцево, и всю жизнь призывавшего власти предотвратить разрушение усадьбы Храповицкого, есть стихи про Крым, изображение Херсонеса и рисунок главного дома усадьбы.

IMG_3022.JPG
IMG_3023.JPG
IMG_3024.JPG
IMG_3025.JPG

Светлана Мельникова увидела в этом некую «промыслительность», а замглавы Минкульта Владимир Аристархов, с её слов, прямо сообщил работникам Херсонесского музея, что «первый раз в жизни министерство культуры делает что-то, что можно назвать Божьим Промыслом».

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Дело в том, что в этот последний день [моей работы во Владимиро-Суздальском музее-заповеднике] оформлялся [на хранение] комплекс [предметов и сборников стихов поэта Владимира] Дивакова

  • Это очень интересный человек инженерно-строительного образования, который вырос в Муромцеве [Судогодского района Владимирской области], который был маленьким мальчиком, пережил там [Великую Отечественную] войну, видел раненых солдат и офицеров, которых привозили в Муромцево, и который всю свою жизнь пытался привлечь внимание к этому объекту [усадьбе Храповицкого], чтобы его спасти. И как пишет его вдова в этом маленьком сборнике стихов, к сожалению, ему этого не удалось — Муромцево в упадке, парк разрушается, и это было предметом его огромного страдания

  • И когда вдова узнала, что мы взяли Муромцево [на баланс Владимиро-Суздальского музея-заповедника], она приехала и подарила мне этот сборник

  • А мы тогда готовились к открытию памятника погибшим преподавателям [местного лесного техникума], рабочим, студентам, которые ушли из Муромцево на войну. И мне очень хотелось, чтобы при открытии этого памятника стихи этого человека прозвучали на этом открытии. И я сделала закладки именно, где была военная тема. Эти стихи звучали

  • Но у меня, правда, такой график очень тяжёлый, и я не листала эту книгу сначала, я целиком её не смотрела, а здесь, когда встал вопрос, что надо сдавать её в фонды, я её открыла с первой страницы и у меня было состояние не то, что шока, но огромного удивления: на первой страничке этой книги — рисунок Херсонеса. И мне от этого стало не по себе. А когда я стала открывать дальше, то я увидела цикл стихов «Таврида». Оказывается Диваков обожал Херсонес, считал это началом всех начал, бывал там и писал об этом стихи. И вот в начале этой маленькой книжечки — Херсонес, а в конце этой книжечки — Муромцево, изображение главного дома [усадьбы Храповицкого]. Может быть, это какая-то промыслительность?

  • И я об этом рассказала сотрудникам, и им это очень понравилось. Мою речь подхватил [замминистра культуры] Аристархов: «Знаете, первый раз в жизни министерство культуры делает что-то, что можно назвать Божьим Промыслом»

  • Мы все посмеялись, переглянулись, на этом представление было закончено, а потом мы пошли представляться настоятелю храма

«МНЕ БУДЕТ ЗАВИДНО, ЧТО Я НЕ БУДУ В ЭТОМ УЧАСТВОВАТЬ»

Говоря о грядущем восстановлении усадьбы Храповицкого, Светлана Мельникова заявила, что будет испытывать ревность и зависть от того, что проект реализуется без её участия. Но при этом она будет безмерно счастлива, когда это дело будет доведено до конца. Более того, несмотря на то, что она уже возглавляет другой музей, она собирается встретиться с неназванной пока женщиной, у которой есть интересные материалы по усадьбе в Муромцево. Если эта информация окажется у Мельниковой, она не будет её скрывать от общественности и передаст во Владимиро-Суздальский музей-заповедник.

Загрузка плеера

Вопрос:

  • Вернёмся к Храповицкому. Когда он [комплекс объектов усадьбы Храповицкого в Муромцево] будет приведён в порядок, не будет ли у вас чувства ревности, что этот проект решили по сути без вас?

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Будет. Я - женщина, и я не стану это скрывать, потому что для меня Храповицкий, я не знаю, - это что-то особое совершенно, и любовь, и надежда

  • Я прекрасно помню 90-е годы, когда мы водили экскурсию по «История дворянских родов Владимирской губернии. Минувших дней очарование», и меня всегда интересовала тема Владимира Семёновича [Храповицкого]

  • Я помню, что в юности мы туда приехали с будущим тогда мужем, я впервые увидела Муромцево, это был 1982 год, и у меня было потрясение, что в лесах стоит вот такой замок; когда я увидела эти модерновые переплёты окон, эти стёкла с фацетами, эти бронзовые шпингалеты на окнах; а в каскадной части — плиты, как основание каскадного пруда, у меня было потрясение. Я очень хорошо помню этот забор с топориками

  • Ну, вот как-то всегда мне было очень жалко, что мы ничего не знаем про этого человека [Владимира Храповицкого], мы не знаем, где он, что с ним случилось. Он построил такую красоту

  • И вот когда [я] стала директором [Владимиро-Суздальского музея-заповедника], у меня было желание вот [сделать] всё, что только возможно, хотя это и был не наш объект, поэтому когда [весной 2013 года] была первая встреча с губернатором [Владимирской области Светланой Орловой], тогда ещё только исполняющим обязанности, во время этого первого разговора я попросила [её] обратить внимание на этот объект, и вот так потихонечку он вошёл в состав Владимиро-Суздальского музея

Вопрос:

  • А ваша ревность усилится от осознания того, что вы, по сути, всю черновую работу [с усадьбой Храповицкого] проделали, а сейчас финансирование откроется, и с деньгами, как говорил [бывший мэр города Владимира] Шамов Игорь Васильевич, любой дурак может сделать, а вы попробуйте без денег и при неразберихе с документами?

Светлана Мельникова:

  • Вы знаете, что такое ревность? Понимаете, может быть, это такое некорректное сравнение — вот бывали такие истории в жизни, когда были семьи, у которых были большие проблемы, где было много детей, и для того, чтобы, допустим, спасти ребёнка, его отдавали в другую семью с пониманием того, что он там будем накормлен, напоен, выращен, но ведь этого любовь и страдания никуда не уходят

  • Я очень люблю Муромцево, и я рада, что поворотный шаг в его судьбе, когда Муромцево вошло в состав федерального музея, был сделан вот тогда, когда я работала [генеральным директором Владимиро-Суздальского музея-заповедника]. Я считаю, что очень важно то, что вот такие краеугольные открытия, связанные с Муромцевым, были сделаны в это время

  • И то, что это воплотится в жизнь, я буду счастлива, правда. Мне только будет завидно, что я не буду в этом участвовать, потому что это очень интересно

  • И, более того, я сейчас жду одну очень важную встречу, пока не буду открывать интригу, это тоже женщина, тоже с интересными материалами, и она очень сильно хочет общаться лично со мной, у меня с ней была связь по Skype, я думаю, что там тоже будут какие-то интересности и открытия [по Муромцево], но я не буду этого прятать, я всё это принесу на ладонях в свой музей.

ИНВЕНТАРИЗАЦИЮ ПРОВОДЯТ ВРУЧНУЮ, А МЕБЕЛЬ — ВООБЩЕ НИКАКАЯ

Светлана Мельникова заявила, что новое хозяйство ей досталось не в самом лучшем виде - последние два десятка лет Украина ничего не вкладывала в «Херсонес Таврический». В музее нет электронной системы учёта фондов, внутренняя компьютерная сеть работает плохо, а мебель - вообще никакая.

После присоединения Крыма к России заповеднику начали выделять средства, на этот год 75 миллионов рублей, и уже начались ремонтные работы на ряде объектов. Кроме этого, Министерство культуры выделило в помощь севастопольскому музею специалистов, которые помогут вести проектные работы, готовить экспертизы, консультировать по вопросам госзакупок.

Светлана Мельникова отметила, что вопросов, которые ей пока непонятны, очень много. Например, как проводить укрепление берега Чёрного моря. Бывший директор ВСМЗ знает, как укреплялись берега речки Каменки в Суздале, нанёсшей урон Спасо-Евфимиеву монастырю, но где — Каменка, а где — Чёрное море. Кроме этого, она пока ещё не разобралась в сути работы подводных арехеологов.

Более того, юристы, экономисты и другие специалисты должны быстро настроиться на работу в условиях российского законодательства и научиться работать с отчётностью для Министерства культуры.

Загрузка плеера

Вопрос:

  • Когда Крым присоединяли к России, очень часто говорили, что Украина забыла Крым, она ничего не вкладывала в развитие инфраструктуры, и так далее

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Да, это правда

Вопрос:

  • Это относится к музею?

Светлана Мельникова:

  • Это в полной мере относится к музею, то, что мне пришлось увидеть и пробежать

  • Там есть, конечно, фондохранилища. Я ещё не поняла, кто, но это были какие-то спонсорские деньги американские, ещё в украинский период. Там в некоторых частях более-менее приличное оборудование

  • Что же касается всего остального, абсолютно видно и понятно, что ничего не вкладывалось

  • Возможно, вам это ничего не скажет, но мне, как работнику музея, например, первое ощущение — там нет системы учёта фондов, которая позволяет учитывать фонды в электронном виде, описание, заполнение, электронные каталоги, и они сейчас вручную, используя журналы, проводят инвентаризацию своих фондов

  • Там нет нормальной системы связи компьютерной внутри музея. Например, на своём рабочем столе я не увидела компьютера, а когда я спросила, как насчёт компьютера, мне сказали, что «это был личный ноутбук вашего предшественника». Надеюсь, что там какая-то заявка уже пошла, всё-таки я буду иметь возможность получать электронную почту не только на свой iPad

  • Очень плохо работает wi-fi – я бегала со своим iPad по всей территории, и я была потрясена, что на весь музей, там работают более двухсот человек, только один специалист IT-технологий, который никак не мог мне включить wi-fi, наверное, есть какие-то трудности

  • Ну, мебель, конечно, - никакая

Вопрос:

  • А по вашим прикидкам, для того, чтобы привести его в какое-то нормативное состояние, сколько денег надо?

Светлана Мельникова:

  • На сегодняшний момент музею выделены достаточно серьёзные средства. Они выделены и на ремонтные работы, и на проектирование. В программу можно зайти, чуть менее 75 миллионов [рублей]

  • Вопрос: успеет ли музей, или успею ли, вот за то время, что осталось, я освоить эти средства, потому что есть некоторые проекты, которые требуют серьёзной подготовки и времени на их создание

  • В настоящий момент идёт ремонт античного зала; идёт подготовительная стадия работ по западной проходной, вот то, что я успела за эти сутки понять; предполагается ремонт туалета, что очень важно; идут проектные работы

  • Я знаю, что очень большой проблемой «Херсонеса [Таврического]» на сегодняшний момент является проблема берегоукрепления. Если мы занимались берегоукреплением в Суздале и речь шла о речушке Каменке, которая нанесла такой вред Спасо-Евфимиевскому монастырю, то можно себе представить берегоукрепление моря, когда в зимнее время колоссальные штормы, когда идёт подмытие берега, вот эти карстовые вымывания и вот эти языки [образуются], которые как бы висят над береговой полосой, и я думаю, что эти работы будут очень тяжёлыми и дорогостоящими

  • Я знаю, что есть проект фондохранилища с выставочными залами

  • И я вчера [5 июля] была в Москве, ходила в дирекцию, это структура Министерства культуры, которой дана команда помочь севастопольцам в плане правильной организации подготовки проектов, экспертизы, подготовки смет, запуска их на торги, и я, честно говоря, порадовалась, потому что пообщалась с этими ребятами, и мне показалось, что они понимают, что делают. То есть мне в душе стало легче, что я не одна, что есть люди, специалисты

  • Понимаете, что когда ты хочешь достаточно быстро как бы вытащить музей на федеральный уровень, то одного директора недостаточно; это как во время тяжёлого случая болезни нужна бригада экстренной медицинской помощи, потому что юристы должны понимать, как они работают в новом правовом поле; экономисты должны понимать, как готовятся документы; учёный секретарь должен хорошо ориентироваться в системе отчётности, а отчётность Министерства культуры — это штука непростая; вводятся новые коэффициенты эффективности деятельности; даже названия должностей в музее-заповеднике придётся приводить в порядок и приводить в какое-то соответствие. На это потребуется время

  • Очень многие вещи для меня вообще непонятны. Я не очень понимаю, сколько людей должно работать в подводной археологии — что они делают, какое количество вещей сдают, насколько это важно?

  • То есть вопросов очень много, но поскольку я там была сутки и несколько часов, я думаю, что для одного дня у меня уже достаточно большие впечатления.

СЕВАСТОПОЛЮ НУЖНА ЭКСПОЗИЦИЯ «УХОДИЛИ МЫ ИЗ КРЫМА»

Светлана Мельникова считает, что на базе «Херсонеса Таврического» необходимо открыть экспозицию, посвящённую тому, как русские солдаты и офицеры Белой армии и их семьи в конце Гражданской войны покидали Родину через Крым, спасаясь от наступавших большевиков.

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Мы сейчас очень много приобрели в фонды [Владимиро-Суздальского музея-заповедника] материалов, связанных с русским исходом из Крыма [во время Гражданской войны]

  • Я понимаю, что «Херсонес Таврический» - это тема антики, это тема Византии, это тема Владимира Крестителя, но мне бы так хотелось создать и участвовать в создании экспозиции, связанной с темой «Уходили мы из Крыма». Мне кажется, это так важно, и она должна называться «Мы пришли в Крым». Надо платить долги, надо рассказать о непростых судьбах, как уходили люди

  • И мы, кстати, не знаем, как уходил Владимир Семёнович [Храповицкий]; может быть, он тоже покинул пределы России через Крым?

  • Материалы есть, и есть другие интереснейшие наработки; что-то уже оформлено в фонды, что-то уже находится в стадии изучения, и нам очень хочется, если найдётся помещение какое-то, мне кажется, в Крыму такую экспозицию делать надо

  • Я даже работала с сыном Врангеля. Очень хорошо помню: наступило горбачёвское время, он перестал бояться, мы с ним сидели на лавочке перед Палатами [Владимиро-Суздальского музея-заповедника], он мне рассказывал о тех кораблях, которые уходили [с солдатами и офицерами Белой Армии из Крыма]

  • Не надо думать, что это за уши притянуто, в истории нет за уши притянутых вещей. Но если в Севастополе кроме музея обороны Севастополя, помимо «Херсонеса [Таврического]» во всей его красоте, появится где-то ещё такая тема, и если мне удастся принять в этом участие, я буду счастлива.

«ЕСЛИ НЕ БУДЕТ ПОЛУЧАТЬСЯ, Я УЙДУ САМА»

Мельникова сообщила, что Министерство культуры решило, что в музее-заповеднике «Херсонес Таврический» вход на территорию и экскурсии должны быть бесплатными. Это сделано в расчёте на увеличение туристического потока, и это дало свои результаты. Например, по плану музей должен принять в год полмиллиона человека, и уже за первое полугодие его посетило почти столько же людей.

Светлана Мельникова заявила, что в ближайшее время сотрудники музея будут придумывать, на чём зарабатывать дополнительные деньги. Можно, например, продавать услуги штатных археологов «Херсонес Таврического», так как в Севастополе ничего нельзя строить без предварительных археологических раскопок. Кроме этого, музей мог бы активнее использовать амфитеатр, или разрабатывать образовательные программы по истории для учащихся близлежащих городов.

Мельникова сказала, что перед ней поставлена задача в течение месяца разработать концепцию развития «Херсонеса Таврического». Она уверена, что люди, с которыми она будет писать документ, достаточно компетентные. Она сказала, что приехала в Севастополь работать, но если почувствует, что не справляется, то уйдёт сама.

Пока же её задача снять напряжение в коллективе, возникшее с заменой руководителя. Она дала понять, что переманивать на берега Чёрного моря своих бывших подчинённых по Владимиру не собирается, хотя некоторые местные СМИ уже написали об этом.

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • В «Херсонесе [Таврическом]» всё бесплатно — экскурсии бесплатные, вход на территорию музея бесплатный, да

  • Принято такое решение для того, чтобы интерес к Херсонесу повысился, чтобы большее количество людей приезжало, чтобы дети из «Артека» приезжали

  • И посещаемость Херсонеса очень большая. Я, например, знаю, что за полгода они уже выполнили годовое задание. Годовое задание — полмиллиона посещений Херсонеса, на сегодняшний день Херсонес посетили 496 тысяч [человек]. Уже оно [учреждение] выполнило годовое задание, вот так

  • Значит, будем искать новые пути пополнения бюджета [музея-заповедника «Херсонес [Таврический]»

  • Я, например, знаю, что в Херсонесе и Севастополе нигде лопату нельзя воткнуть без археологических исследований, а в Херсонесе работают классные археологи, специалисты — а почему их не предоставлять по договору для того, чтобы проводить археологические наблюдения и брать за это деньги? Простите, у нас же [во Владимире] тоже такая история есть, но у музея-заповедника нет такой функции, а у Херсонесского музея — есть. Вот кто-то задумал строить дом, извольте [заказать] археологию, и заплатите за неё

Вопрос:

  • То есть вы не собираетесь делать платным вход в музей?

Светлана Мельникова:

  • Это распоряжение учредителя, как учредитель скажет

  • Я думаю, что, может быть, мы будем делать какие-то специальные вещи [за деньги]

  • Там есть амфитеатр, я знаю, что в амфитеатре идут фестивали Севастопольского драматического театра, может быть, там ещё что-нибудь интересное можно будет придумать? Почему нет?

  • На тему антики, Византии, на тему того же князя Владимира [Крестителя можно что-то придумать], почему нет? Событийные мероприятия никто не отменял

  • И вы знаете, что входная плата в музей деревянного зодчества [в Суздале] в будние дни — одна, а в момент, когда проходят Троица или праздник огурца — другая

  • Может быть, мы будем делать какие-то эксклюзивные экскурсии, специальные, особенные, которые будут проводить специальные люди, условно — главный хранитель

  • Там такая небольшая зона, я увидела там макеты какого-то частного лица, буду разбираться, старинной постройки базилики, разного времени стоят [проекты]

  • А почему бы не сделать какой-то супер цикл обучающих программ? Почему не внедрить это в школы Севастополя и близлежащих городов? Почему не поговорить с губернатором Севастополя, чтобы отдельной строкой это вводилось в бюджет города - образовательные программы на базе Херсонесского музея? Это когда то было у нас, это очень хорошая система: вот есть определённая заложенная сумма [на] образовательные программы для разных возрастных групп для школ, и музей принимает, особенно в не сезон — зимой, осенью — эти программы, и, соответственно, музею идёт компенсация за эту работу, это же интеллектуальный труд сотрудников музея, а для учителя истории — это возможность [добиться] разнообразия программы, почему нет? Мне кажется, это нормально

  • Ну, там, наверное, разные вещи придётся придумывать. Во всяком случае, у меня один месяц для того, чтобы была доработана концепция развития музея-заповедника. Я не знаю, насколько это возможно сделать за месяц, посмотрим

Вопрос:

  • Вы же всё равно будете опираться на тех людей, которые там сейчас работают, для составления этой концепции. Вы с ними чувствуете контакт, что они понимают ваши [идеи]?

Светлана Мельникова:

  • Мне удалось пообщаться с главным хранителем, она мне очень понравилась. Сходила в архив, там очень милые молодые люди

  • Но что такое сутки, скажите, пожалуйста? Это было бы самонадеянно и глупо - делать какие-то выводы

  • Я думаю, что моя задача — преодолеть вот это напряжение [в коллективе в связи со сменой руководителя], которое существует. Пришёл новый человек, что он будет делать? Выгонять всех? Владимирских за собой тащить? Кстати, местные [СМИ] это уже написали. Или ещё что-то делать?

  • Я пришла туда работать. И вам хочу сказать, что для меня это тоже непростое решение, и если мне говорят, что надо поехать помочь, что там очень непросто, и использовать опыт достаточно большой Владимиро-Суздальского музея-заповедника, ну, значит, надо поехать и помочь

  • Я знаю только одно — если у меня не будет получаться, я уйду сама.

«НАДО КРЫМ С КОРНЯМИ СОЕДИНЯТЬ»

Уже после назначения в Крым Светлана Мельникова в Москве встречалась со своим преемником по Владимиро-Суздальскому музею-заповеднику Игорем Конышевым. Она заявила, что никогда «не оторвётся» от ВСМЗ, так как там её сердце и душа. Мельникова рассчитывает на подписание соглашения между двумя музеями. Например, из Владимира в «Херсонес Таврический» можно было бы привезти Корсунскую икону Богоматери, почитаемую в Херсонесе. Или показать выставку, рассказывающую о спасении иконы Боголюбивой Божией матери. Два музея также могут организовать ряд совместных проектов, связанных с князем Владимиром Крестителем.

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Я уже сказала новому директору [Владимиро-Суздальского музея-заповедника Игорю Конышеву], и я нашла понимание: «Вы же понимаете, что я никогда не оторвусь от Владимиро-Суздальского музея-заповедника». Здесь [мои] душа и сердце, всё.

  • И мы [с Конышевым] встречались в понедельник в Минкульте, в присутствии замминистра обговаривали такие важны точки, и я в присутствии замминистра сказала, что я абсолютно уверена на некое соглашение [которое будет подписано] между Владимиро-Суздальским музеем-заповедником и [«Херсонесом Таврическим»], потому что , чисто исторически, тут тоже Промыслительно — как мне сказали, из [города] Владимира я уехала к [князю] Владимиру Крестителю. Давайте подумаем о том, что крестится Владимир, через два года основывают город его имени, и одна из главных реликвий этого места — это Богоматерь Корсунская. А у нас в Суздале, если вы знаете, в Золотой кладовой, есть удивительной памятник, шедевр XVI века Богоматерь Корсунская. И я, например, думаю, что можно будет сделать интересные вещи, как привоз такой реликвии. Вот сейчас уже мне главный хранитель подготовила материалы, сколько будет стоить изготовление специальной климатической витрины для того, чтобы был возможен подобный привоз

  • Надо как-то Крым с корнями вот так вот соединять, соединять, соединять. Это очень важно

  • Мне бы очень хотелось туда привезти [из Владимира] выставку о спасении иконы Боголюбивой Божией Матери, тем более, что выставка, которая сейчас представлена, она же сделана на современных носителях и она не требует специального температурно-влажностного режима, или чего-то; а с другой стороны, [у жителей и гостей Севастополя будет возможность] познакомиться с таким памятником, [им можно будет] рассказать о первой иконе, созданной на Русской земле

  • А какая там [в «Херсонес Таврическом»] замечательная поливная керамика, фантастическая, в зале Византийском? Это красота неземная. А какая там замечательная резьба по сланцу? Неземной красоты, VI век, VII век. Ну, что? Я буду нырять в эту тему, интересно

О ТРУДНОСТЯХ С ЖИЛЬЁМ

Светлана Мельникова рассказала, что в Севастополе она пока снимает гостиницу. Найти квартиру на длительный срок в Крыму сейчас невозможно — все зарабатывают, сдавая жильё посуточно. Но она с этой проблемой разберётся.

Загрузка плеера

Светлана Мельникова, директор музея-заповедника «Херсонес Таврический» (город Севастополь):

  • Будут выделены некоторые средства на то, чтобы я сняла там какое-то жильё. Буду снимать жильё.

Вопрос:

  • И вы будете снимать жильё на берегу моря или в деловой части?

Светлана Мельникова:

  • Какое найду. Я сейчас столкнулась с такой проблемой, что сейчас сезон, и сдача [жилья] в основном идёт посуточная. Сейчас же там все зарабатывают. Особенность этого региона заключается в том, что люди зарабатывают в сезон, как мне кажется, а потом как-то затихают, я так думаю, я ещё не знаю, с чем я столкнулась, поэтому сейчас жильё снимать очень сложно

  • Надо будет поработать, посидеть там где-то на сайтах, ну, и хотя бы на год заключить контракт долгоиграющий. Приеду [в Севастополь] — разберусь, пока вот гостиницу снимаю.

Смотрите также
Москвичи «оптимизируют» владимирский музей
Новый генеральный директор Владимиро-Суздальского музея-заповедника Игорь Конышев заказал столичному университету разработать за 236 тысяч рублей предложения по оптимизации штатного расписания сотрудников
Палаты - не место для рекламы
Новое руководство Владимиро-Суздальского музея-заповедника хотело вывесить на фасаде «Присутственных мест» (Палат) рекламный баннер больших размеров. Но Госинспекция по охране культурного наследия этот «прожект» не согласовала