«Документировать ситуации, ввязанные в политику, я люблю». Зебра ТВ поговорила с Мигелем Фрэнсисом-Сантьяго, который снял фильм про Владимирскую область

Американский режиссер «Русской рулетки» рассказывает, кто спонсировал его фильм, почему снять документальную ленту за 4 дня – это нормально, и при чем тут немецкая группа «Раммштайн»
СПЕЦПРОЕКТЫ Автор: 6 Сентября, 12:04 10 1809
интервью

4 сентября на YouTube появился фильм «Русская рулетка», снятый американским журналистом и режиссером Мигелем Фрэнсисом-Сантьяго. Автор рассказывает о том, чем плоха идея «умного голосования», предложенного оппозиционным политиком Алексеем Навальным. В качестве примера он проводит Владимирскую область, где в 2018 году жители выбрали губернатором кандидата от ЛДПР, а не единоросса. Фильм строится на том, что в результате протестного голосования к власти пришёл кандидат-спойлер, и жизнь в регионе за год стала значительно хуже. За двое суток на YoutTube фильм посмотрели почти 50 тысяч раз.

«Русская рулетка» вызвала смешанную реакцию. Некоторые герои ленты, с которыми беседовал Мигель Фрэнсис-Сантьяго, говорят, что их слова вырвали из контекста. Другие отмечают качественную операторскую работу. Третьи, как, например, председатель комитета общественных связей и СМИ администрации Владимирской области Григорий Белов, говорят о заказном характере фильма. Большинство сошлось во мнении, что «Русская рулетка» – это фильм для тех регионов, где 8 сентября пройдут губернаторские выборы и выборы в местные парламенты, а жители Владимирской области не откроют для себя ничего нового.

Зебра ТВ поговорила с Мигелем Фрэнсисом-Сантьяго о его фильме и о претензиях, которые к нему предъявляют. Диалог происходил в мессенджере WhatsApp. Режиссер «Русской рулетки» пояснил, что находится за пределами России, поэтому просил присылать вопросы в текстовом виде. Сначала он отвечал текстовыми сообщениями, а потом стал записывать аудио – отсюда и разные по объему ответы. Разговор длился почти сутки из-за многочасовых пауз в ответах американского документалиста, и завершился утром 6 сентября.

Расскажите, пожалуйста, как долго вы работали над фильмом?

Снял я его практически на коленке, но мы так умеем и, собственно, делаем уже давно нашим продакшном One Day Productions. Причем, скажем так, очень редко делаем что-либо, связанное с политикой.

Тут просто так получилось, что я прилетел по делам в Москву, а именно на концерт «Раммштайн» – это моя любимая группа с детства. Ну, относительно с детства, с 9 лет. Встретился с друзьями, мне рассказали про Владимир, и тут я для себя понял: «О, это же фильм!». Документировать ситуации, ввязанные в политику, я люблю.

Времени было достаточно, 4 дня. Для нас это вполне приемлемое время для съемки фильма про какую-то ситуацию. Последнее время это был мир дизруптивных технологий (то есть, «подрывные», инновационные, которые резко меняют соотношение сил на рынке, например, интернет вещей или искусственный интеллект — прим.ред.), но тут я сам себе не мог отказать. Ибо вся эта ситуация на меня, как на гражданина мира и любителя приехать в «родную Москву» с семьей, ну, скажем, отразилась непонятно.

О какой ситуации вы говорите? Вы имеете в виду протесты в Москве из-за недопуска независимых кандидатов на выборы в Мосгордуму?

Нет, общая политическая ситуация в стране.

А какой вы видите общую политическую ситуацию в России? Что вы думаете о происходящем?

Ситуация застоя, где та же «Единая Россия» действительно сделала многое, чего не было возможно 20 лет назад, но сейчас требует «ремонта изнутри». И это нормально. Компетентность оппозиции – ЛДПР, КПРФ – под вопросом. А радикальные методы Навального и его абсолютное непонимание геополитики, «мягкой силы» и прочего, делают его ватой на фоне вороторя России (что Мигель Фрэнсис-Сантьяго имел в виду под фразой «вороторя России», он не пояснил — прим. ред.).

Вернёмся к Владимиру. Вы были в городе до того, как снимали фильм, или это был первый визит?

Я бывал в Суздале и Владимире в начале года.

И как вам? Поделитесь впечатлениями.

Как туристу, в Суздале, конечно, приятнее. Еда вкусная, бани хорошие. I enjoyed it.

Поговорим всё-таки о фильме. Кого вы привлекали консультантом для съемок фильма? Вы сами искали героев для интервью?

Я всегда сам продюсирую свои фильмы.

Нам заявили в пресс-службе губернатора Сипягина, что вы не обращались к ним за комментариями. Почему? Это же довольно логично.

Вы серьезно? А звонок Корнишову (лидеру регионального отделения ЛДПР, в которой состоит губернатор Владимир Сипягин – прим. ред.) в самом фильме вы не заметили? И отправленные ему вопросы, которые так и остались без ответа.

Пресс-служба губернатора и человек, который говорит от лица ЛДПР – это совсем не одно и то же.

Я думаю, там результат был бы похожим. Судя по общему отношению к журналистам, которое, как я понимаю, стало нормой для нынешнего губернатора.

Мы пытались до съемок дозвониться пресс-секретарю губернатора. Она не брала трубки. Поэтому будем рады услышать от них комментарий в виде публичного поста с анонсом фильма на официальном пресс-ресурсе губернатора с его мнением. До Ольги Петровой во время подготовки к фильму мы не смогли дозвониться. But this is very usual.

Сергей Казаков, один из героев фильма, объяснял, что разговаривал с вами минут 40, но в фильм попали лишь несколько минут, причем фразы, цитирую «100 процентов вырванные из контекста». Почему вы выбрали эти фразы? Насколько можно понять Казакова, он говорил много больше не в пользу Орловой. Какую задачу вы решали своим фильмом?

Kazakov_film.jpg

Я, наверно, отвечу коротко и понятно. Как любой автор фильма, я не беру 40 минут интервью, чтобы потом вставить эти 40 минут интервью в фильм. Если мне человек показался менее интересным, или мне как автору показались где-то неоправданные фразы, я решил их не вставлять, это мое право как автора и сценариста фильма. Это нормально, это достаточно, как сказать, глупые вопросы.

Задачу я решал для себя своим фильмом – посмотреть, что я там увижу. Я увидел то, что увидел, и я это изложил в своем фильме. Эту задачу я для себя, как сказать, выявил и решил.

Другой герой фильма, Кирилл Алексеев (Николенко) написал у себя в соцсетях, что после просмотра трейлера просил вас по электронной почте выслать видеоматериалы с его участием, потому что его не устроила концепция фильма. Алексеев утверждает, что для использования его высказываний и изображений надо подписать какие-то документы, которые вы в итоге ему не передали. Просили ли вы его подписать какие-либо документы? И что вы скажете в ответ на письмо, которое он вам прислал 3 дня назад?

Nikolenko_film2.jpg

Кирилл дал согласие, когда начал со мной интервью. Фильм про ситуацию во Владимире, про Орлову и Сипягина, и про «умное голосование» – все, как ему было описано изначально. Две его маленькие фразы, которые вошли в фильм, как мне кажется, ничего порочного собой не несут. Вы как объективный, надеюсь, журналист понимаете это. Релиз-форму мы не брали, потому что это YouTube проект, это не финансовый проект, мы не делаем никаких денег с этого, здесь не нужна релиз-форма. Человек согласился, и все нормально. То, что он сказал свое мнение про оппозицию, то, что смысл «умного голосования» – показать, что централизованная оппозиция не действительна, и выбирайте Навального… это было его мнение. Он что, берет свои слова обратно? Вы лучше у него поинтересуйтесь, в чем его такая большая проблема из-за одного предложения, которое попало в фильм.

Вы представляете, вы сделаете 11 интервью. Из них вы, как filmmaker, должны выбрать то, что вам интересно, и вы с каждым потом это должны утверждать? Вы шутите? Я так в жизни не снимал документальное кино, а я снимаю документальное кино уже на протяжении 8 лет. То есть… что за… ну правда, это бред (смеется). Кирилл Алексеев может так и продолжать делать то, что он делает, то есть, быть своим небольшим Навальным в своем городе. Флаг ему в руки. Он отлично это делает, я уважаю его работу. Спасибо ему большое за то, что он сказал то, что сказал.

Если вы не делаете денег на проекте, то вы тратите собственные деньги? Или у вас все-таки были спонсоры? Если да, то кто?

Спонсоров не было. Это некоммерческий проект, снятый за собственный счет.

А почему выбрана именно Владимирская область? Ведь в 2018 году в результате протестного голосования «технические кандидаты» пришли к власти в нескольких регионах, например, в Хабаровском крае. Там другая ситуация?

Про ситуацию в Хабаровске мне неизвестно. Меня заинтересовала именно Владимирская область. И частично меня заинтересовала Владимирская область потому, что это было близко. Я приехал в Москву 21 августа на концерт Раммштайн. Мне нужно было сделать свои дела, и плюс у меня был концерт моей любимой группы, я лично знаком с Тиллем (Линдеманном, фронтменом «Раммштайн» – прим. ред.) и одним из менеджеров группы.

Miguel_concert.jpg

Это было абсолютно спонтанное явление во время моей поездки на «Раммштайн». Я был на обоих концертах и в Москве, и в Санкт-Петербурге. Это, если что, можно легко посмотреть в моих социальных сетях. То есть, моя изначальная цель поездки в Москву – личные дела и концерт группы.

Вы довольны тем, что у вас в итоге получилось? Вчера авторы одного из владимирских анонимных телеграм-каналов писали, что вы планировали сделать фильм минимум в полтора раза длиннее. Это правда? Вы также объясняли, что собирались утроить премьеру позже, но внезапно решили, что лучше опубликовать фильм перед выборами. Почему?

Насчет премьеры перед выборами я не помню, нет, я такого не говорил. То, что я хотел сделать фильм длиннее – да, но я считал, что повестка дня будет более значимой, если этот фильм выйдет до выборов, просто потому, что тема, которая обсуждается в фильме – это одна из тем, которая является повесткой дня, скажем, так.

Знаешь, условно говоря: приезжает «Раммштайн» в Москву. Как ты думаешь, когда лучше опубликовать документальный фильм про «Раммштайн» – до их концерта в Москве или после (смеется)? Ребят, у вас, конечно, такие вопросы… ну без обид, правда.