Деньги в бюджете Владимирской области на медикаменты есть, но лекарств на рынке нет

Производители лекарственных препаратов не могут нарастить производство медикаментов против коронавируса в необходимых объёмах. Во Владимирской области больницы и аптеки испытывают проблемы с закупками лекарств и для лечения других заболеваний
Новости Автор: 2 декабря 2020, 12:55 17 4442

Во Владимирской области государственные учреждения здравоохранения и частные аптеки испытывают трудности с закупками лекарственных препаратов для лечения коронавируса и целого ряда других заболеваний, несмотря даже на наличие финансовых ресурсов для их приобретения. Эта проблема обсуждалась на круглом столе, прошедшем в исполкоме регионального отделения «Единой России».

Проблема в том, что производители лекарств не могут нарастить объёмы производства - отчасти это связано с тем, что методические рекомендации по лечению COVID-19 с начала эпидемии изменялись девять раз, и появлялись новые препараты, которые были зарегистрированы совсем недавно.

Власти Владимирской области в ручном режиме ищут поставщиков и надеются по ряду позиций закрыть проблему в течение ближайших нескольких дней, но по другим направлениям раньше начала следующего года ситуацию не получится исправить по объективным причинам.

ZS5D9484.JPG Фото пресс-службы Владимирского регионального отделения «Единой России»

Представители аптечного бизнеса говорят, что проблемы с поставками медикаментов были отчасти вызваны и со вступившей в силу с 1 июля обязательной маркировкой лекарственных препаратов (она призвана способствовать вытеснению с рынка контрафакта). Кроме этого, бизнесмены сетуют на то, что во время эпидемии люди часто покупали лекарства впрок, что привело к истощению резервов.

Evgenij_Tjapkin.jpgФото «Покров - Медиа»

Евгений Тяпкин, заместитель директора департамента здравоохранения Владимирской области:

  • Болезнь новая. Она появилась год назад, когда её в Китае подтвердили

  • Схема лечения по этой болезни [с марта 2020 года] менялась несколько раз. Девять методических рекомендаций [были приняты], но принципиально схема менялась три или четыре раза.

  • Мы начинали с препаратов, которые используют для лечения ВИЧ-инфекции. Сейчас уже разработаны эти препараты, о которых вы сейчас говорите, которые в дефиците, они зарегистрированы когда у нас в Российской Федерации? Наверное, летом в июле, сейчас точную дату не могу назвать, [... неразборчиво] все их разновидности, про которые вы говорите. В соответствии с этим, недавно появившиеся на рынке препараты еще не имели такой большой мощности выпуска, то есть количества этих произведенных препаратов.

  • И тут, в соответствии с изменяющимися нашими методическими рекомендациями меняется схема лечения. Принципиально различаются схемы лечения на амбулаторном и на стационарном этапах. Там абсолютно - другие препараты, которые можно применять только в стационаре под контролем врачей.

  • Почему у нас сейчас возник этот дефицит лекарственных средств в аптеках? В данном случае, давайте про Владимирскую область говорить.

  • Абсолютно согласен с замечаниями [начальника Владимирского регионального управления Росздравнадзора] Александра Михайловича [Лёзова] о том, что доктора, к сожалению, за последние лет 15 отучились делать свои назначения строго на рецептурных бланках. По большому счету прием любого врача должен заканчиваться выпиской именно рецептов. Что мы видим, к сожалению, сейчас? На каком-нибудь листочке бумаги что-то написано. Это кардинально неправильно, мы пытаемся с этим делом бороться, и те препараты, которые являются чисто рецептурными, они, конечно, должны выписываться на чистый рецептурный бланк.

  • Второй момент. Система государственных аптек, которая существовала в Российской Федерации, и правильно Александр Михайлович [Лёзов] говорит: органы исполнительной власти несут ответственность за работу именно этой системы государственной. Ее во Владимирской области, по сути дела, нет.

  • Те 44 лицензии, которые находятся в [государственных] медицинских организациях, они просто необходимы для того, чтобы осуществлять работу этих медицинских организаций, потому что иначе ни одна из них не сможет ни закупать лекарственные препараты и в дальнейшем их использовать. Часть лицензий — это на хранение и отпуск [препаратов]. Очень небольшая часть лицензий на розничную торговлю, к сожалению.

  • Связано это с тем, что и требования по лицензированию отдельных видов деятельности немножко изменились. Для того чтобы получить полноценную лицензию требуется и помещение, и все остальное. Самое главное - желание должно быть у руководителей медицинских организаций получать эту лицензию.

  • Ни для кого не секрет, и я думаю, что представитель большой сети как «Рослек», наверно подтвердит, что, помимо всего прочего, существует еще и экономическая целесообразность открытия той или иной аптеки в том или ином пункте. Чаще всего аптеки, которые работают при медицинских учреждениях, они больше выполняют социальную функцию, где находятся препараты ценовой категории где-то рублей до 500 стоимости. Рентабельности таких аптек, к сожалению, её не очень много.

  • Что касается, торговли лекарствами препаратами в ФАПах... Мы сейчас в рамках различных национальных проектов Российской Федерации строим ФАПы, в том числе мы предусматриваем возможность и для получения лицензии по фармдеятельности для того, чтобы максимально приблизить этот вид деятельности до конкретного человека, который живет [на селе], которому, к сожалению, иногда добраться очень сложно [до поликлиники].

  • Мы с Александром Михайловичем [Лёзовым] проект региональной программы «Модернизация первичного звена» очень долго, уже месяц, наверно, обсуждаем. И мы увидели, что у нас транспортной доступности по многим населенным пунктам [до объектов системы здравоохранения] - её просто нет; есть только автобус, который ходит один раз в неделю, два раза в неделю. Понятное дело, что основное пожилое население, которое у нас живет в селах, испытывает проблемы с транспортной доступностью для получения медицинской помощи. Соответственно, доехать до ближайшей аптеки там тоже сложно.

  • Конечно, надо развивать этот вид деятельности [отпуск лекарственных препаратов] на ФАПах. Но еще раз повторю, что, по всей вероятности, поскольку это не является видом деятельности, оплачиваемым системой обязательного медицинского страхования, это предпринимательская деятельность того или иного учреждения, и она нерентабельная. Она изначально будет нерентабельной. Получить необходимое количество денег даже на оплату труда фармацевта и всего остального достаточно сложно. Это не значит, что мы этим делом не будем заниматься. Мы все равно будем развивать торговлю лекарственными препаратами в том числе и на ФАПах, в том числе и на строящихся по различным национальным проектам.

  • Поскольку у нас изменились рекомендации методические по лечению [коронавируса], выпуск части препаратов еще просто не наращен, и их, естественно, в аптечной сети нет.

  • Второй момент. Противовирусные препараты - разные.

  • Мы сейчас говорим о противовирусных препаратах для лечения коронавирусной инфекции. Их всего несколько в методических рекомендациях - то, что сейчас находится в дефектуре [то есть их нет в аптеках, - примечание Зебра ТВ] по всей стране, а не только у нас в области. И другой момент: когда государство приняло решение о централизованной, вернее, бесплатной поставке обеспечения лекарственными препаратами людей с подозрением и подтвержденным диагнозом COVID-19 лекарственными препаратами на амбулаторном этапе, естественно, крупные оптовые поставщики этих препаратов в первую очередь работают с органами государственной власти для того, чтобы эту задачу, которую поставило правительство, выполнить. Область у нас получила больше 51 миллиона рублей для выполнения этой задачи. Мы закупили достаточное количество препаратов, но при этом два наименования этих препаратов до сих пор находится в дефектуре. Мы плотно работаем с нашим департаментом предпринимательства и буквально в онлайн-режиме отслеживаем, где же нам найти все необходимое для того, чтобы закупить. То есть по двум наименованиям, к сожалению, мы пока поставки еще не видели и мы их пытаемся найти. До конца этой недели я думаю, что мы эту проблему решим. Соответственно, был разработан механизм доставки, доведения данных препаратов до конечного потребителя, в данном случае пациента, страдающего или уже подтвержденным диагнозом COVID-19 или подозрением на него. В течение уже двух недель мы эти препараты доставляем до пациентов. Росздравнадзор, как всевидящее око, за нами следит каждый день. Более 500 человек мы уже обеспечили этими препаратами. То есть теми препаратами, которые должны быть назначены на амбулаторном этапе. Они, естественно, доставляются бесплатно. Я так понимаю, у нас предварительный расчет был сделан где-то на 6,5 тысяч человек обеспечить во Владимирской области до конца декабря.

  • Насколько я знаю, данный процесс будет продолжен и после Нового года. Дополнительные средства планируются за счет средств федерального бюджета, за счет средств областного бюджета пока сейчас не могу сказать, врать не буду. Все, что необходимо, мы получаем в том числе в определенном объеме и за счет средств федерального бюджета. Самое главное, чтобы на рынке эти препараты были. Сейчас на рынке нет двух наименований.

  • Это рекомбинантный Интерферон альфа - или всем известный Гриппферон, его практически сейчас нигде закупить невозможно. Второй препарат — это гормональный таблетированный Метилпреднизолон. Я думаю, что есть аналоги этих препаратов, поэтому мы их как бы все равно приобретем.

  • Мы через все ресурсы департамента здравоохранения призываем жителей Владимирской области не заниматься самолечением. В голове у человека пневмония равняется применению антибиотиков. Но пневмония при новой коронавирусной инфекции — это бактериальная пневмония, и антибиотики здесь не работают, во всяком случае до того момента, пока не присоединятся на фоне иммунной депрессии какие-то бактериальные агенты. Не работают они, но мы продолжаем скупать, в том числе то, что вы говорите, Цефтриаксон. Кстати, он не особо эффективен при коронавирусной инфекции, даже при назначении.<.з> <з> Мы сейчас под роспись каждого доктора знакомим с девятыми методическими рекомендациями. Говорим: «Вы поймите, что на основе опыта можно лечить вот этим, этим и этим». Все остальное как бы не совсем правильное и не совсем актуально. Поэтому основное начало лечения своевременное — это все-таки противовирусные препараты плюс препараты, воздействующие на реологию крови. Их, кстати, тоже не было в предыдущих методических рекомендациях, поэтому они вновь появившиеся. Эти препараты выпускаются в недостаточно большом количестве нашей промышленностью, в основном использовались для лечения заболеваний, связанных с инфарктом миокарда, с острым коронарным синдромом, хроническими ишемическими болезни сердца. То есть это препараты, которые влияют на свертываемость крови. Они тоже были в определенный момент в дефектуре, но сейчас это все выравнивается. Я думаю, что к концу года и по остальным наименованиям в аптечных сетях они появятся.

  • Еще раз говорю, поскольку государство взяло на себя эту обязанность — обеспечить в амбулаторном сегменте всех пациентов, требующих назначений тех или иных лекарственных препаратов, эти лекарственные препараты должны будут доставляться с помощью медицинских организаций за те средства, которые выделил федеральный бюджет.

  • То, что касается стационарного сегмента, здесь ситуация еще хуже, потому что ряд препаратов, которые необходимы для лечения в стационарном сегменте, они в достаточно стойкой дефектуре, и нам их утверждают с датой поставки, например, в начале января, а они нам здесь и сейчас нужны. Поэтому тоже мы работаем опять же с нашим департаментом предпринимательства и ищем эти препараты. Это препараты для лечения так называемого цитокинового шторма [очень обобщённо — это потенциальная летальная реакция иммунной системы на вирус, - примечание Зебра ТВ]. Их, к сожалению, на рынке сейчас практически нет.

  • Что касается препаратов гепарина... У нас по России потребления увеличилось, наверно, в десятки раз. Соответственно, промышленность быстро на это дело не отреагировала. Сейчас, конечно, идет нарастание поставок, но может быть, не настолько хорошо. У нас как бы и деньги есть, но препаратов на рынке нет.

  • Эти лекарства производятся как у нас внутри страны, так и за рубежом. Но большая часть этих препаратов производится в Российской Федерации. То есть из 20 наименований, наверно, наименований 16-17 — это на 100% российское производство. «Фармстандарт» компания достаточно крупная, наращивает выпуск,но то, что есть на сегодня, то и есть. Но это не относится к рознице.

  • Если в двух словах рассказать о лекарственном обеспечении противостояния новой коронавирусной инфекции, оно, наверно, вот такое.

  • Из восемнадцати препаратов только двух у нас в настоящий момент нет, но до конца недели мы их получаем и добавляем в наши схемы [лечения].

  • Схемы разные. Если нет этих двух препаратов, то это не значит абсолютно, что человек не получит лечение. Там несколько схем разработано в методических рекомендациях и они применяются как с этими препаратами, так без этих препаратов. Легкую степень тяжести можно лечить тремя-четырьмя схемами. Все для начала лечения у нас есть.

  • К сожалению, будем дальше смотреть, как будет развиваться коронавирусная инфекция. Вполне вероятно, что будут разработаны какие-то другие методы. То есть могут появиться дополнительные какие-то лекарственные препараты, которые будут более эффективны для лечения. То есть наука на месте не стоит и постоянно все это дело развивается.

  • Если отвлечься от коронавирусной инфекции, и поговорить о льготных категориях, которым положены бесплатные лекарства, то эти препараты отпускаются только по рецепту врача. Они в свободной продаже тоже могут быть, это те же инсулины или еще что-то, но для нашей льготной категории они отпускаются по рецепту врача. Здесь у нас есть определенная проблема с финансированием этой льготной категории, потому что стоимость особенно онкологических заболеваний, она постоянно возрастает. Средств бюджета, а в этом году более миллиарда рублей на льготную категорию было выделено, может, не хватить.

  • Естественно, мы пытаемся оперативно отреагировать прежде всего по сахарному диабету, это по инсулину и всему остальному. То есть у нас они есть для льготных категорий граждан в достаточном количестве.

  • К сожалению, здесь тоже есть требования законодательства, когда мы, по большому счету, должны проводить закупки препаратов по международному непатентованному наименованию. Соответственно, под это международное непатентованное наименование могут подходить достаточно различные торговые наименования препаратов. Наши коллеги из Москвы, например, назначают препараты иногда не по международному непатентованному, а по торговому наименованию, но по решению врачебной комиссии, для обеспечения тоже могут производиться закупки, поэтому в каждом конкретном случае мы пытаемся решить это каким-то образом в пользу пациента. Но еще раз говорю, по льготе по инсулину у нас сейчас пока вопросов больших нет.

***

ZS5D9451.JPG

Дмитрий Семёнов, заместитель секретаря Владимирского регионального отделения партии «Единая Россия» по проектной деятельности:

  • Хотелось бы еще передать слово представителю ритейла, представителю наших аптек. Уважаемый [директор ООО «Рослек»] Шарма Ашок Кумар, скажите, пожалуйста, какая проблематика, на ваш взгляд,сейчас существует? Чем необычны условия? Есть ли проблемы со стороны оптовиков с поставкой определенных лекарств? Я так понимаю, что они есть. Как сейчас живут сети? Что происходит? Какая проблематика и какие существуют пути решения, на ваш взгляд?
ZS5D9459.JPG

Шарма Ашок Кумар, директор ООО «Рослек»:

  • У нас в начале, когда началась маркировка [лекарственных препаратов], начались проблемы. Потом мы очень много товара заказали, думали, что система работает. Но товар купили, а продать не могли. Только где-то месяц назад нам письмо пришло, что теперь можем продавать лекарства без подтверждения, не ждать ответа системы обратной связи. Начали потихоньку работать. Но всё равно очень многих лекарств нет - нет поставщиков, не можем найти. Раньше у кого-то можно где-то чего-то найти, а сейчас вообще их нет.

Дмитрий Семёнов:

  • То есть на вашей памяти такого никогда не было?

Шарма Ашок Кумар:

  • Нет. Сейчас такие ситуации…

Дмитрий Семёнов:

  • То есть вам самим лекарства негде взять?

Шарма Ашок Кумар:

  • Мы с удовольствием хотели бы помочь людям. Приходит бабушка и говорит: «Найдите, пожалуйста [такое-то лекарство]». А где его найти?

Анна Крашенинникова, заведующая отделом торговли, общественного питания бытового обслуживания и услуг для бизнеса департамента предпринимательства Владимирской области:

  • Тут, скорее всего, проблема в том, что производство не успевает наращивать. На всех последних совещаниях Минпромторг нацеливает фармпредприятия наращивать объемы производства, но это же не маски пошить.

  • Как вот, помните, проблемы с масками были? У нас же на территории области было развернуто 110 производств [средств индивидуальной защиты]. Буквально за какие-то недели мы это все сделали. Перепрофилировали всё, что можно. Масками завалили. Цены были сначала 60 рублей, потом ушли до 25, за многоразовые. Сейчас проблем нет, но лекарства — это же регистрация, это же не так все просто. И дело в том, что, зная ажиотажный спрос, какой был, знаю, многие покупали просто так про запас, потому что им просто продавали. Получалось то, что получилось.

Шарма Ашок Кумар:

  • Иногда приходили и говорили: «Дайте мне какое-нибудь лекарство - 10 [упаковок»]». А зачем вам 10, спрашивали мои сотрудники? «Ну, дайте, нам надо», - отвечали им. Брали всё - эритромицин, даже парацетамол. Как с гречкой было, да. Сейчас более-менее уже всё успокоилось.

Самые яркие события дня — в инстаграме Зебра ТВ.