Регистрация / Вход Чт, 25 апреля 2019, 05:08

«Подвиг Матросова» - за год до подвига Матросова

Bureev
Адольф Буреев
12 Февраля 2019, 13:11 3 1334

Празднуя 23 февраля День защитника Отечества (который ветераны упорно и не без основания продолжают называть Днём Советской Армии и Военно-Морского Флота!), мы наверняка вспомним о массовом героизме советских воинов в годы Великой Отечественной войны. В частности, приведём знаменательную цифру:

- Только подвиг Александра Матросова совершили более 400 бойцов и командиров!

Да, имя Матросова стало нарицательным для обозначения самоотверженного поступка во имя Родины, как, впрочем, и имя нашего земляка Николая Гастелло - жителя города Мурома. Но мне хотелось бы обратить внимание читателей «Зебры» на то, что и имя Александра Матросова тоже имеет к нашему краю определённое отношение. Дело в том, что «его» подвиг совершил … за год до него (!) отважный воин – младший лейтенант Анатолий Халин, который служил в дивизии, дислоцирующейся у нас: в городах Коврове (где находится её штаб) и Владимире – в знаменитых ещё с царских времён казармах Сибирского полка. В нашей, как говорят владимирцы, дивизии.

img756.jpg

Очень кратко – о ней, о прославленной Краснознамённой Московско-Тартуской гвардейской дивизии. При её формировании грозной осенью 1941-го называвшейся третьим Московским коммунистическим ополчением, почти сразу ставшим стрелковой дивизией, которую в 1942-м поименовали 130-й, каковой она оставалась всю войну и в послевоенные годы, но в 1987-м была преобразована в 467-й Гвардейский окружной учебный Московско-Тартуский Краснознамённый центр по подготовке младших командиров.

Впрочем, все эти названия стали широко известны только в последние годы. Когда же я, тогда лейтенант, в конце 1964-го был переведён в неё служить в должности корреспондента-организатора дивизионной газеты «Знамя гвардейца», всё по требованиям строгой военной цензуры представлялось как «подразделение Владимирского гарнизона». Соблюдение этих правил «иллюстрировалось» нами, военными газетчиками, в виде шутки: «В городе Севастополе на берегу Н-ского моря».

Третье по счёту ополчение московских добровольцев было, как бы, наверное, сейчас выразились, «элитным». В него вошли те, кого страна берегла до самого последнего – критического момента: преподаватели вузов, сотрудники музеев, художники, кинематографисты – почти все сотрудники Мосфильма, например. Кстати, последние прихватили с собой «орудия труда» - кинокамеры, благодаря чему очень многое из того, что мы видим в документальных фильмах о войне, отснято именно ими: атака деревни по снежной целине, бой на сельской улице, сожжённые фашистами дома. Помню, в Ковровском музее дивизии таких документальных лент хранилось – на несколько часов.

И ещё «кстати»: во время одного из приездов в Ковров ветеранов дивизии бывший сотрудник Кремлёвского музея с гордостью рассказал:

- Когда мы пришли на сборный пункт, оказалось, что винтовок на всех не хватает. Хоть дрекольем вооружайся! И тогда я предложил: да ведь у нас в музейных запасниках сотни французских ружей времён наполеоновского нашествия хранятся! Тут же послали за ними грузовик – тогда всё без каких-либо формальностей делалось. А замполиты среди рядовых ополченцев работу развернули: «Это ничего, что из ружей стрелять нельзя – зато смотрите, какие у них штыки длинные. Сразу двоих фашистов можно проткнуть. А они ужас как рукопашного боя боятся».

Так получилось, что одно из первых «солидных» заданий от ответсекра редакции капитана Ивана Аристова (сейчас Иван Петрович – полковник в отставке, живёт в Москве) я получил незадолго до 23 февраля. Естественно, тут же нашёл публикацию о подвиге Александра Матросова: «23 февраля 1943 года в бою за деревню Чернушки под Великими Луками отважный воин закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота, чем обеспечил успешное выполнение боевой задачи…» Опытный сослуживец похвалил меня, но сказал:

- У нас есть более близкий и ранний пример. Загляни в дивизионный музей!

Про «близкий» я понял: дивизия ведь со славным боевым опытом. Но «ранний»? Иван протянул мне свою отпечатанную на машинке и умело переплетённую курсовую работу – он учился заочно во Львовском высшем политучилище. До сих пор храню.

- На, почитай про нашего геройского однополчанина!

Почитал, а потом не раз выслушал воспоминания приезжавших в дивизию ветеранов – в музее они обязательно останавливались возле стенда, посвящённого младшему лейтенанту Анатолию Халину. Который, как они обязательно подчёркивали, «совершил матросовский подвиг ровно за год и один день до Александра Матросова».

- Было это 22 февраля 1942 года. Дивизия тогда вела бои за Новую Руссу. Рота автоматчиков, которой командовал младший лейтенант Анатолий Халин, пошла в атаку и совсем было добилась успеха, но тут бойцов ожидал устроенный фашистами «сюрприз». Как только автоматчики вышли на совершенно голое поле, вдруг «ожил» молчавший до того дзот: немцы специально ждали такого момента. Их пулемёт не только заставил атакующих залечь: ещё минута-другая, и все они были бы расстреляны, словно беззащитные мишени в тире. Это моментально понял Халин и, вскочив во весь рост, рванулся навстречу смертоносному огню. Он успел закрыть грудью амбразуру дзота, а пока фашисты пытались оттолкнуть его мешавшее вести стрельбу тело, бойцы стремительно завершили атаку. Ни один из гитлеровцев не ушёл от возмездия.

img754.jpg

Помню, я спросил ветеранов:

- Почему же подвиг младшего лейтенанта Анатолия Халина остался фактически незамеченным, в то время как рядовой Александр Матросов вон как прогремел? - Как незамеченным? И в нашей дивизии, и, наверное, на всём фронте об этом стало очень широко известно, О нём и наша дивизионная газета написала, и во всех подразделениях, особенно накануне боя, рассказывалось Бойцы шли в атаку, чтобы отомстить за героя! И даже больше того, вся страна узнала! Известный поэт Михаил Матусовский Халину стихи посвятил:

Он сердцем упал на вражеский дзот,
И грудь его, как броня,
Укрыла друзей, идущих вперёд,
От вражеского огня.

Он знал, что даром не пропадёт
Ни кровь, ни солдатский пот.
Он знал, что Родина эту смерть
Бессмертием назовёт…

Посмертно младший лейтенант Анатолий Халин был награждён орденом Красной Звезды. Хотя всё же невольно возникает мысль; но почему его так «скромно» почтили? Ветераны это объясняли просто:

- Сорок второй год был ещё настолько тяжёлым, а борьба такой напряжённой, что поступок Халина не казался чем-то необычным. Как говорится, так был готов поступить и – поступал каждый, кто защищал Родину от ненавистных врагов. Броситься, если нужно, со связкой гранат под танк, вызвать огонь на себя, заслонить грудью товарища – да это ж считалось обычным делом.

И действительно, буквально на следующий же день после героической гибели Анатолия Халина в бою за деревню Павлово рядовой М. Окороков, пулемётчик из стрелковой роты лейтенанта Колосова, поступил точно так же. Когда у его «максима» кончилась пулемётная лента, он с пустыми руками бросился к вражескому дзоту, чтобы остановить поток смертоносного огня одним-единственным способом: закрыв амбразуру своей грудью.

О героизме советских солдат и офицеров всю войну регулярно сообщала дивизионка, которая, кстати сказать, прежде чем получить заголовок «Знамя гвардейца», сначала называлась «На защите Москвы», а потом – «Вперёд, на Запад!». Соответствуя, так сказать, «течению времени» и «задачам дня». Она рассказывала, в том числе и о совершенно аналогичных халинскому подвигу ситуациях. Которых было!.. Не только из-за того, что борьба была настолько кровавой и беспощадной, но и потому, что советские воины себя не жалели во имя Отчизны.

Так, газета «Вперёд, на Запад!» описала случай, когда в бою возле Пинаевских Горок рядовой Ф. Штрайхер успешно подполз с гранатами к самому фашистскому дзоту, но в последний момент был ранен. Сил хватило только на то, чтобы навалиться грудью на амбразуру. Гитлеровцы были вынуждены выскочить наружу, дабы оттащить тело красноармейца, но их посекли из автоматов, а оставшихся внутри дзота добили гранатой, взятой из сжатой ладони погибшего героя.

Вместе с тем стоит отметить, что тема самоотверженного подвига во имя Отчизны отнюдь не заслоняла того, во имя чего велась героическая борьба. Радостные лица жителей на сделанных в освобождённых городах фотографиях, вызывающие столь же положительные эмоции читателей снимки (да простят меня притворные моралисты!) громоздящихся один на другой трупов захватчиков или подбитых немецких танков, сообщения о захваченных трофеях – всё это также отражено на пожелтевших от времени страницах дивизионки. И скажу даже больше: такие публикации доказывают, что на наше порою очень трагическое прошлое надо смотреть - непредвзято. Это я тем немногим, кто (сегодня такие, увы, появились!), читая о массовом самопожертвовании лучших сынов Отчизны, способны подленько ухмыльнуться: вот, мол, так мы немцев и победили – своими трупами их завалили.

Да, есть такие провокаторские утверждения и даже целые наукообразные монографии с сознательно искажённой «статистикой» массовыми тиражами распечатаны. Но вот что мне довелось узнать конкретно в масштабах дивизии, которая «варилась в таком ли суровом котле».

Да, в боевых рядах прославленной дивизии за годы войны погибло более 12 тысяч воинов – это тяжёлые и трагические жертвы во имя Родины. Но ведь «с той стороны» потери были – в разы существеннее! Особенно когда мы, получив боевой опыт и грозное оружие (особенно – артиллерию), от защиты Москвы пошли вперёд, на Запад. Так, воинами дивизии было уничтожено и взято в плен более 60 тысяч гитлеровцев, сбито 32 самолёта, сожжено или захвачено несколько десятков танков и сотни автомашин. А сколько тысяч мирных жителей было спасено от фашистского истребления! Ведь за время наступательных действий дивизия освободила от оккупации 12 городов и около 3 тысяч разного рода населённых пунктов.

Так что каждый читающий эти строки может сделать и реальное сравнение, и собственный вывод. Который, в общем-то, давно и всем совершенно ясен: героизм мужественных, самоотверженных защитников Отечества – и тех, что уже ушли в историю, и ныне стоящих в строю – это наша слава, гордость и надёжная гарантия безопасности России.

С праздником, дорогие владимирцы!

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции