Кандидат в губернаторы Владимирской области от КПРФ Антон Сидорко — о возможности второго тура выборов

Выдвиженец  КПРФ для участия в выборах губернатора Владимирской области Антон Сидорко в интервью Зебра ТВ заявил, что он «не приползёт на брюхе за подписями единороссов и не будет вилять хвостом» с целью прохождения муниципального фильтра
СПЕЦПРОЕКТЫ Автор: 19 июля, 12:31 3596
интервью

С 9 по 11 сентября 2022 года в трёхдневном формате пройдут досрочные выборы губернатора Владимирской области — соответствующее решение принял облзибирком с целью недопущения всплеска распространения коронавируса.

О своём желании бороться за пост губернатора Владимирской области избирком уведомили представители пяти политических партий (участие самовыдвиженцев в губернаторских выборах законом не предусмотрено).

Список потенциальных кандидатов в губернаторы Владимирской области после завершения процедуры выдвижения выглядит так (в алфавитном порядке):

Александр Авдеев («Единая Россия») - с 4 октября 2021 года временно исполняющий обязанности губернатора Владимирской области;

Сергей Бирюков («Справедливая Россия — За Правду») - председатель комитета ЗакСобрания Владимирской области по социальной политике и здравоохранению;

Сергей Корнишов (ЛДПР) — заместитель председателя ЗакСобрания Владимирской области;

Антон Сидорко (КПРФ) — заместитель председателя ЗакСобрания Владимирской области;

Александр Субботин («Партия Роста») - лидер регионального отделения партии, депутат Собинского районного Совета.

Документы на регистрацию кандидатов принимаются избирательной комиссией Владимирской области с 17 июля до 18:00 27 июля. Крайний срок принятия решений о допуске (недопуске) заявившихся на участие в выборах — 5 августа.

Для успешного прохождения регистрации кандидаты на должность губернатора должны пройти муниципальный фильтр — собрать в свою поддержку подписи как минимум 126 депутатов местных Советов и избранных в результате прямых выборов глав муниципалитетов (это Муром, Гусь-Хрустальный и Собинка). При этом 34 подписи необходимо получить от представителей муниципалитетов первого уровня — городских округов (их - 5) и муниципальных районов (их - 16). Один представитель органа местного самоуправления может отдать свою подпись только в пользу одного из кандидатов. Все подписи будут нотариально заверены. Если выяснится, что кто-то из муниципалов «вписался» более, чем за одного кандидата, то действительной будет считаться та подпись, которая была заверена первой.

Без проблем пройти муниципальный фильтр сможет только кандидат от «Единой России» - врио губернатора Александр Авдеев. Представителям остальных партий придётся вести с единороссами торги за подписи муниципальных депутатов.

Кроме этого, каждый кандидат в губернаторы должен будет представить избирательной комиссии Владимирской области списки из трёх человек, один из которых станет его представителем в Совете Федерации.

Зебра ТВ предложила всем пятерым кандидатам ответить на несколько вопросов о ходе избирательной кампании. Первым откликнулся кандидат от партии «Справедливая Россия — За правду» Сергей Бирюков.

Вторым с редакцией побеседовал кандидат от ЛДПР Сергей Корнишов.

Третьим собеседником Зебра ТВ стал кандидат от «Партии Роста» Александр Субботин.

Четвёртым из кандидатов в губернаторы на вопросы редакции ответил вице-спикер ЗакСобрания, первый секретарь Владимирского обкома КПРФ Антон Сидорко.

По состоянию на полдень 18 июля, на момент интервью, Сидорко не хватало 22 подписей муниципальных депутатов в его поддержку до необходимых 126. Кроме этого, за него должны «вписаться» народные избранники как минимум из 16 муниципальных районов и городских округов (всего их 21), и ему осталось получить всего 3 голоса из 8 территорий. Сидорко выказал сдержанный оптимизм по поводу удачного прохождения муниципального фильтра и рассказал о трудностях, с которыми он столкнулся при сборе подписей местных депутатов. Его особенно поразило, что некоторые члены КПРФ и ряд самодвиженцев в городах и весях, избравшиеся в Советы, в том числе, благодаря поддержке компартии, отказались ставить свои подписи в его поддержку. Он также назвал «чудом», что кандидаты от других партий (кроме «Единой России») легко прошли муниципальный фильтр, не имея необходимого количества местных депутатов-однопартийцев.

Сидорко признал, что без переговоров с единороссами ему не удастся собрать 126 автографов мундепов, но заявил, что он «не приползёт к ним на брюхе и не будет вилять хвостом» ради получения заветных подписей.

Антон Сидорко считает, что если единороссы не позволят ему пройти муниципальный фильтр, то это будет означать, что власть признает его единственным оппозиционером во Владимирской области, а не спойлером. А потом он заявил, что если его всё-таки зарегистрируют кандидатом в губернаторы, то на выборах возможен второй тур.

***

Муниципальный фильтр — как сейчас у вас проходит процедура сбора необходимого, установленного законодательством числа подписей местных депутатов в вашу поддержку? Чувствуете ли вы какие-либо препятствия, что кто-то вам в открытую противодействует и так далее?

Процедура реально тяжелая. На мой взгляд, она именно для этого и задумана. Это не какое-то стремление законодателей обеспечить участие [в выборах] людей, пользующихся широкой поддержкой у местных депутатов, а это барьер, чтобы не допускать тех кандидатов, которые чужие на этом празднике жизни.

Естественно, [муниципальный фильтр проходится] тяжело, учитывая тот факт, что я, пожалуй, единственный кандидат, который фильтр собирает сам. Что я имею в виду?

Когда мы начали всю эту процедуру, мы очень сильно удивились, когда обнаружили, что у нотариусов уже есть готовые списки депутатов по поддержке конкретных кандидатов и готовые подписные листы. Например, звонят из моего штаба, чтобы подписать какого-то депутата, и нотариусу называют фамилию. Нотариус говорит: «Слушайте, а у вас в списке нет этого депутата». Я говорю: «В смысле? Какие списки?». Они говорят: «Ну как какие? Вот есть список за Бирюкова, за Авдеева, за Корнишова и так далее. Вас в списках нет». Я говорю: «Как? У нас же есть депутаты, которые хотят подписаться за Сидорко».

Доходило до того, что мы вместе с нотариусами сами на месте составляли подписные листы. Для них это было в новинку, потому что нас в изначальных списках не было. Это наводит на мысли о том, я уже об этом говорил, что есть некий единый центр, который сегодня дает фильтр четырем кандидатам, за исключением кандидата Сидорко.

IMG_7033_Sidorko.jpg

Второй момент: очевидно, этот центр помогает всем другим кандидатам. Давайте разберемся. В муниципальных Советах Владимирской области депутатов - не единороссов, по моим подсчетам, меньше 300. Половина из них фактически — это депутаты, избранные от КПРФ. Остальная большая часть — это самовыдвиженцы. Но, о чудо! Получается, что кандидаты, у которых в принципе даже нет своих депутатов на местах, такие, как к примеру кандидаты от Партии Роста — там нет депутатов, может, один-два на всю область — они заносятся [в избирательную комиссию Владимирской области с документами на регистрацию] на этой неделе. Другие кандидаты, у которых в 2-3 раза меньше своих депутатов, чем у КПРФ, тоже заносят [документы на регистрацию быстрее нас]. Тоже у них уже всё готово.

Это наводит на мысли, потому что процедура сложная. Вы представляете, что значит собрать [подписи] 126 депутатов? Это нужно фактически с каждым лично поговорить. Это означает, что ты должен иметь [в свою поддержку] не только своих депутатов-коммунистов, но и самовыдвиженцев. Мы понимаем, что 300 депутатов-не единороссов на четверых кандидатов от оппозиции не хватит. Ты неизбежно должен убеждать и единороссов поддержать тебя. Конечно, в общем-то, какого-то такого, знаете, давления на единороссов на местах со стороны своих [вышестоящих] единороссов нет, но и не один единоросс по большому счету не горит большим желанием подписаться за кандидата от оппозиции. Наверно, это очевидные вещи. Зачем ему это надо?

Под выражением «от оппозиции», я имел в виду, что представители ЕР всё-таки подписались за Бирюкова, Корнишова и Субботина. Под оппозицией вы имеет в виду кого? Себя конкретно?

Да. На текущий момент у меня собраны 104 подписи из 126 необходимых, и есть несколько единороссов, [которые, вроде бы, не против отдать их подписи в мою поддержку], но опять-таки это те люди, которых приходится самому где-то искать, и то получается, что, чтобы мне сейчас добрать [муниципальный фильтр], мне нужно где-то 20 единороссов убедить меня поддержать. При том, что у меня большинство своих депутатов, а у [кандидата от Партии Роста Александра] Субботина своих депутатов практически нет. [Выдвиженцам от ЛДПР и «Справедливой России» Сергею] Корнишову и [Сергею] Бирюкову для регистрации нужна поддержка порядка 70-80 единороссов. Они добровольно что ли будут давать [свои подписи в их поддержку]? Просто так, методом убеждения? Да нет, конечно.

Я скажу так: процедура реально крайне тяжелая, когда ей занимаешься самостоятельно. Мне осталось, получается, [объехать] 8 территорий, из которых по трём минимум я должен получить [подписи] депутатов первого уровня [— членов Советов городских округов и муниципальных районов]. Понятно, что это будут единороссы. Пока мы анализируем ситуацию, [и пришли к выводу,] что фактически подавляющее большинство [местных депутатов] уже подписаны [за других кандидатов]. Очевидно их подписывали с запасом за других кандидатов, чтобы у КПРФ был недобор. Для чего? Очевидно для того, чтобы я как кандидат пришел [к ним] на поклон и попросил официально, публично, при этом фактически расписавшись в том, что я — спойлер, как и остальные. Я уже об этом говорил, и ещё раз подчёркиваю: я не приползу на брюхе [за подписями единороссов], я не буду вилять хвостом, и не буду просить ни у врио [губернатора Владимирской области Александра Авдеева], ни у «Единой России» дать себе подписи. Опять-таки, может быть, открыто обращаясь [к оппонентам], я бы советовал не препятствовать тому, что если будут какие-то депутаты, которые готовы поставить подпись [в мою поддержку].

Опять-таки подчеркну, что, на мой взгляд, и сама система, и сами выборы, и сам, как его называют, основной кандидат заинтересованы в моем участии. Иначе мы прекрасно понимаем, что это тогда будут вовсе не выборы, пусть даже в том жалком виде, в котором они сохраняются в последние годы, а будет, знаете, дешевенький спектакль, где правды не будет вообще, и в это [в результат голосования] никто не поверит. И вопросы будут по легитимности. Повторюсь, если меня не регистрируют, я в этой ситуации теряю меньше, чем теряет врио губернатора, потому что в данной ситуации не допуском меня до избирательного бюллетеня действующая пока временная власть признает меня как единственного независимого кандидата и продемонстрирует свою слабость.

Ну, это будут ваши личные преимущества для политического портфолио. Но если вас не зарегистрируют, то, если мы возьмём этот избирательный цикл по выборам губернатора и кампанию 2018 года, то получится, что две кампании подряд в бюллетенях не будет кандидатов от КПРФ. Для партии это насколько существенно?

Это, конечно, существенно для избирателей, потому что у людей, настроенных не провластно, фактически не будет кандидатов. Это скажется на явке, скажется на легитимности, вновь скажется на уровне протеста в регионе, но на рейтинге партии, думаю, не скажется. Как раз-таки скажется больше на рейтинге партии, если я сегодня приползу [к единороссам] выпрашивать фильтр.

«Больше» - в плохую сторону?

В негатив, конечно. Давайте вспомним 2018 год. Сказалась ли не регистрация нашего кандидата [в губернаторы Максима Шевченко] на рейтинге партии? Скорее нет. Мы тогда получили 23% [голосов избирателей на выборах в Законодательное Собрание]. Дальше, после 2018 года, мы шли только по восходящей. 2021 год — [на выборах] в ГосДуму мы уже [набрали] 26%. В принципе, на мой взгляд, устойчивый рост доверия к партии КПРФ в регионе и обусловлен тем, что мы стараемся, насколько это возможно в реальной нынешней системе политической, сохранять свою независимость. У нас нет административного ресурса, у нас очевидный недостаток финансового ресурса, у нас существенно меньше информационного ресурса. Пожалуй, наша позиция, наша команда и багаж реальных дел — это то, что у нас реально есть в дотатке. Сегодня фактически говорить, что наша команда не справилась, поэтому мы вас просим [дать нам подписи муниципальных депутатов], и мы теряем свою самостоятельность, тем самым беря на себя обязательство уже быть [кому-то] обязанными… Как это?! Сначала ты попросил у кого-то какую-то услугу, а потом ты его же будешь критиковать и с ним бороться? Это нечестно. Подчеркну еще раз, я уверен, что как раз-таки наша позиция, что мы независимая партия, импонирует нашим избирателям. Действительно, в случае не допуска нас до выборов губернатора мы в определённой степени проигрываем, но, с другой стороны, если мы с нашими сторонниками, нашими избирателями начнем кампанию с какого-то некоторого поддавка, просьбы у власти, мне кажется, что это будет тем более неправильно. Хотя ситуация тяжелая.

Конечно, мы хотели бы, чтобы мы регистрацию [меня в качестве кандидата в губернаторы Владимирской области] получили, потому что у нас, повторюсь, есть и команда, есть рейтинг, есть реальная программа, есть свое видение, [что нужно делать].

Почему бы [мне и моим соратником] хотелось бы, чтобы губернатором [Владимирской области] был коммунист? Главный, наверно, аргумент [противников этого], почему не нужно выбирать оппозиционных губернаторов: дескать, федеральный центр не будет уделять внимание, эти губернаторы, как правило, проигрывают. Ничего подобного.

Приведу пример сейчас наших губернаторов — [Валентин] Коновалов, [Республика Хакассия]. В телеграм-каналах федеральных его постоянно, мягко говоря, критикуют. Этот губернатор, извините, за три года удвоил бюджет, причем не за счет федеральной поддержки даже, а за счет собственных налогов. Развивается промышленность, развиваются инвестиции.

Губернатор [Ульяновской области] Алексей Русских — к нему тоже, мало, кто об этом знает, сейчас губернаторы-единороссы ездят для изучения опыта по антикризисному развитию сельского хозяйства. Таких примеров масса, поэтому я думаю, что если наш регион вернется в «красный пояс», хуже точно не будет.

Все ли местные депутаты от КПРФ отдали вам свои подписи?

Нет, к сожалению, не все. Несколько депутатов, в основном не членов КПРФ, а беспартийных выдвиженцев, подписались за врио губернатора — за Александра Авдеева. В большинстве случаев это происходило, знаете, «на дурака», что ли. Например, поселковый Совет. После заседания [депутатов] везут к нотариусу. Там уже готовы подписные листы. Нашему депутату говорят: «Слушай, поставь [подпись] за Авдеева, а потом кто-то из единороссов за Сидорко поставит». В основном бюджетники там — учителя, директор стадиона какой-нибудь — вот они так и ставили. Правда, в большинстве случаев это не проходило. Например, в [рабочем посёлке] Ставрово [Собинского района] у нас 6 депутатов. Им также предлагали: «Давайте двое за Сидорко поставите, двое - за другого кандидата, двое - за третьего». Там это не прошло. В городе Покров [Петушинского района] - то же самое. К сожалению, да, повторюсь, кто-то на такие вещи повёлся. Какие мотивы? Может быть, где-то боязнь, может быть какие-то иные мотивы.

Осталась неделя, в 18:00 27 июля последний срок подачи документов на регистрацию. По вашим ощущениям, вы решите вопрос с муниципальным фильтром, или снова не будет кандидата от КПРФ в бюллетенях?

Я скажу так: запланированы десятка три встреч [с муниципальными депутатами] только на эту неделю. Понятное дело, повторюсь, что это в основе своей депутаты-единороссы, потому что не единороссы уже все переподписаны в полном объеме фактически. Я не исключаю, что [у нас в подписных листах] могут быть «дубли». То есть, какая ситуация? Я думаю, что количество [в 126 подписей] мы безусловно наберем. Географию [мы, скорее всего], исходя из того, что пока три [территории] не хватает, я думаю, [мы] тоже [закроем], но с учетом, повторюсь, депутатов-единороссов. Застрахованы ли мы от того, что у нас будут «дубли»? Наверно, нет. Принцип по жизни у меня такой: делай, что должен, и будь, что будет. На сегодняшний день [моя] команда по максимуму делает то, что должно. Очень надеюсь, что на выходе у нас получится [преодолеть муниципальный барьер].

Если вдруг так получится, что вас как кандидата от КПРФ на должность губернатора Владимирской области не зарегистрируют, то повторится ситуация 2018 года: четыре участника предвыборной гонки и отсутствие кандидата от КПРФ. Понятно, что разница была в том, что Светлана Юрьевна Орлова шла на второй срок в 2018 году. Чем, на ваш взгляд, текущая избирательная кампания отличается от той, что была четыре года назад? Есть какая-то разница в общеполитических условиях, социально-экономические, настроениях в обществе?

Наверно, у кандидатов на текущий момент меньше инструментария вести кампанию и меньше дозволенных тем. Посмотрите, сегодня в целом ряде случаев вопреки даже действующему законодательству к людям могут применять санкции [за те или иные высказывания].

Мы не можем проводить наши протестные мероприятия до сих пор, несмотря на то, что Роспотребнадзор ковидные ограничения уже фактически снял. В ряде регионов были такие случаи, что отказывали [в проведении публичных мероприятий], ссылаясь на то, что Всемирная организация здравоохранения не отменила пандемию.

Что касается настроений в обществе, я думаю, что люди, к сожалению, лучше жить не стали, в том числе поэтому и растут протестные настроения. Если посмотреть, у нас люди достаточно смелые. В других регионах давно уже нет никаких протестов. У нас есть те же [обманутые] дольщики, которые выходят за свои права.

Я замечаю, что кампания проходит где-то даже очень похоже, как в 2018 году, даже со стороны основного кандидата. Уже, кстати, звучит и не раз звучало, что Авдеев — это Орлова 2.0. Это не я придумал. Почему? Потому что люди также говорят, как власть в ходе этой избирательной кампании идёт по пути приглашения высоких гостей с федерального уровня и презентации громких прожектов - 4 миллиарда рублей на Доброград, развитие сельского хозяйства через конопляные поля, всякие алмазные долины. Это правда всё созвучно с теми аэропортами, сухими портами и оперными театрами, о которых говорили при бывшем губернаторе Светлане Орловой. А на выходе за 10 месяцев никто так пока и не увидел каких-то действительно прорывных вещей.

Давайте исходить из позитивного сценария, что всё-таки вам удастся преодолеть этот барьер, собрать необходимое количество подписей, соблюсти требования по географии территорий, и Облизбирком не найдет там дублей в ваших подписях. С вашей точки зрения, тезисно, что препятствует выходу Владимирской области на устойчивую траекторию социально-экономического развития?

Начну, наверно, с вещей таких морально-нравственных, может быть, где-то идеологических, потом закончу уже прикладными. Во-первых, мне кажется, что последние лет девять, наверно, не хватает ответственности высшего руководства региона перед, подчеркну, именно жителями Владимирской области. Что я имею в виду? Смотрите, двое из последних трех губернаторов были просто назначены фактически сюда парашютиком из федерального центра. Согласитесь, что эти люди отвечают прежде всего перед федеральным центром и выполняют прежде всего его волю. Соответственно, они не защищают жителей. Это подтверждается теми же мусорными полигонами, которые хотели здесь организовать — это же не нам нужно; это нужно было москвичам.

Или трассировка платной федеральной трассы М-12, которая не учитывала наши интересы, а проектировалась так, чтобы сэкономить для Автодора деньги.

В моём понимании, после Николая Виноградова, ушедшего в отставку в 2013 году, все наши новые главы Владимирской области в данных крупных вопросах всегда стояли на стороне федеральных структур, фондов и так далее.

Извините, но люди-то - тоже не лохи. Они чувствуют такое к себе отношение. Поэтому, когда мы говорим о том, что в регионе высочайший уровень протестных настроений на фоне всей России, мы там в пятерку входим какую-то по разным рейтингам — это же не случайно. Люди видят, что их интересы не учитываются. На выходе что мы получаем? В регион с высоким уровнем протеста, когда постоянно то тут то там очаги, в том числе против производств каких-то, далеко не каждый инвестор пойдет.

Кроме этого, очень важен социальный климат. Мне кажется, что пока власть не начнет учитывать интересы жителей, пока не будет, если хотите, нормального социального договора между обществом и администрацией областной, властью, что мы договариваемся о том-то и вместе идем, ничего нормального не получится. Сегодня власть отдельно, а жители отдельно. И в таких условиях наши люди будут продолжать в Москву уезжать, так как здесь нет перспектив, и не верится, что кто-то будет эту проблему решать, так что кадровый голод будет постоянно. Причем, когда мы говорим о кадровом голоде — это далеко не только нехватка врачей и учителей, но и управленческого персонала. Отсюда и кадровая чехарда в органах власти.

У нас за последние 9 лет поменялось директоров департаментов, если не под сотню, то под полсотни. А сколько заместителей губернатора сменилось? А сколько чиновников находятся под следствием или отбывают наказания? Из этого же вытекает коррупция.

Я, честно говоря, рад, что у нас появился [новый] прокурор [Владимирской области Владислав] Малкин. Благодаря ему, проблемы, которые всегда были на поверхности, теперь решаются, [и это даёт основания полагать, что] будет больше порядка.

Что касается народного хозяйства Владимирской области: возьмем общественный транспорт, возьмем строительство, возьмем экологию, возьмем здравоохранение, те же свалки, да всё фактически — мы же везде знаем фамилии [представителей] крупного капитала, которые стоят за реализацией того или иного проекта.

Неужели департамент безопасности [Владимирской области] не знает, кто получает подряды и на каких условиях? Всё же - как на ладони.

А если отойти от темы коррупции?

Здесь хотел бы обратить внимание на уже прикладную вещь.

Когда мы говорим о новых производствах, инвестициях, то всем очевидно, что нам не достаёт развитой индустриальной инфраструктуры. У нас электроэнергии не хватает очень серьезно. То есть нет готовых площадок [для инвесторов]. У нас есть проблемы с водным ресурсом и с электроэнергией. Не нужно быть промышленником — многие могут вспомнить истории зимы этого и прошлого года, когда просто повсеместно в большинстве районов отключали свет. То есть наших мощностей не хватает даже на обычные домовладения, не говоря уже о том, чтобы…

Наверно, всё-таки стоит говорить не о нехватке мощностей, а об их состоянии...

И о состоянии, и о нехватке мощностей стоит говорить. Кстати даже на встрече с нашей фракцией [в Законодательном Собрании] Александр Авдеев сам признал и об этом говорил, что нам действительно требуются новые мощные подстанции. Их не хватает - это правда. Мы эту проблему тоже обсуждали и с депутатами в рамках промышленного комитета [Законодательного Собрания Владимирской области], там все - промышленники. Это очень серьезная проблема. Даже, чтобы действующим производствам расширяться, есть проблемы, не говоря о том, чтобы, например, завести такие предприятия, как в свое время тот же «Ферреро» и прочие крупные предприятия. Для них просто нет площадок. Не только электричества, воды тоже не хватает не то, что для предприятий, не хватает для людей элементарно. Инфраструктура — это очень важно. На мой взгляд, с чего нужно начинать - именно с инфраструктуры, с укрепления промышленного потенциала и, как следствие, с преумножения собственной налогооблагамеой базы.

А что-нибудь хорошее-то есть во Владимирской области?

Из плюсов сегодня, безусловно, хорошая логистика. То есть мы понимаем, что у нас сейчас реконструируется трасса М-7, строится М-12 — есть хорошие возможности пользоваться этим коридором. Это очень большой плюс.

Туристический потенциал. Тоже вполне очевидно, что тот же Суздаль — жемчужина золотого кольца. Если брать даже уже малое Золотое кольцо - и Гороховец, и Юрьев-Польский, и Александров - у нас реально есть, что показать, но на текущий момент у нас по факту нет ни одного какого-то известного на всю Россию маршрута. То есть у нас как таковых продуктов, которые можно презентовать уже в красивой оболочке, в понятной — их просто нет.

Есть Суздаль отдельно, есть Владимир отдельно.

Может, стоит придумать какую-то фишку именно по экскурсиям в Суздаль на 2-3 дня? Есть, например, та же Ярославская [область], красивые названия у них, «Древний Ростов», двухдневки, какие-то маршруты по княжеским местам идут. То есть какие-то фишки придумываются, а у нас туристам говорят что-то вроде: «Слушайте, храмы есть, вот вам ещё гостиница, сами погуляйте как-то». Нет продукта готового, хотя потенциал огромный, учитывая действительно известные даже на весь мир города и памятники архитектуры. Плюс, выгодное географическое положение между Москвой и Нижним Новгородом - два часа и они у нас. На мой взгляд, это сильный потенциал, но пока мы его, мне кажется, не в полной мере используем.

Вы можете ответить односложно: второй тур губернаторских выборов возможен?

Если я получу регистрацию, то да.

А если нет?

То нет.

***

Уже после интервью Антон Сидорко не под запись сообщил, что пока ещё рано назвать имена трёх человек, один из которых, в случае его победы на выборах, станет сенатором, так как до появления ясности с прохождением им муниципального фильтра, это будет пустым сотрясением воздуха.

Добавим, что Зебра ТВ также предложила врио губернатора Владимирской области Александру Авдееву ответить на вопросы по поводу хода избирательной кампании. Пока официальной реакции от него не последовало.

Telegram-канал Зебра ТВ: новости в удобном формате.